Книга Облик неизбежности, страница 128 – Виктория Павлова

Я осознала, что уже давно никуда не еду, а стою на обочине в центре Портленда. Как я ни во что не въехала в таком состоянии, осталось загадкой. Внутри накопилось столько злости, тоски и отчаяния, что хотелось кричать. Я вышла из машины и направилась к двери с надписью «Клуб Айкидо».

* * *

— Как сегодня прошли занятия с мисс Митчелл?

Кухарка принесла последнюю тарелку и, выходя из гостиной, закрыла за собой дверь. Я хмуро разглядывала нежно-сиреневую скатерть и не сразу услышала вопрос. Тихий семейный ужин. Папа каждый вечер интересовался, как прошел день, а я интересовалась его делами. Спросит ли он что-нибудь про вчерашнюю ссору?

— Тереза?

— М-м-м, все прошло хорошо. Как обычно.

— Fräulein Mitchell sagte, du hatte Fortschritt in der Mathematik(1), — прищурившись, произнес папа.

1 (нем.)- Мисс Митчелл сказала, что ты делаешь успехи в математике.

— Un wie oft sprecht ihr ueber mich hinter meinem Rücken?(2) — язвительно поинтересовалась я.

2 (нем.)- И часто вы обсуждаете меня за спиной?

— Fast jeden Tag(3), — немного виновато ответил папа.

3(нем.) - Почти каждый день.

Я вздохнула. Конечно, как же иначе.

— Она просила узнать, на какой факультет ты хотела бы поступить? Какую профессию выбрать?

Хм, хороший вопрос. Я даже и не задумывалась об этом, ожидая, что вот-вот объявится Виктор со своими планами. Стоит ли сейчас? Папа ждал ответа.

— Честно говоря, не знаю. Можно подумать?

— Могу рекомендовать тебе мировую экономику, международные отношения или, возможно, политологию. Это может пригодиться тебе в дальнейшем.

— В дальнейшем? — я растерялась от его уверенного тона.

— Такие знания всегда полезны, — кивнул папа и занялся ужином. — Если понадобится консультация, ты всегда можешь поговорить со мной или с мисс Митчелл.

Каждый раз, когда он упоминал учительницу, у него менялась интонация. Любопытно! Если она ему нравится, это что-нибудь изменит? А если они начнут встречаться? А вдруг они решат переехать? Поможет ли скрыться от Виктора? Хм, а если нам с папой уехать в путешествие? Куда-нибудь далеко... Подальше от Виктора и всех заморочек с троном.

— Что нужно от меня маркизу?

Папа поднял напряженный взгляд от тарелки.

— Для тебя его желания не имеют никакого значения, — он выглядел недовольным, словно я предложила ему поскакать на одной ножке, разбрасывая конфетти, и получила выговор за глупую идею. — Почему ты спрашиваешь?

Я сжала вилку в руке. Возможно, отец говорит так, чтобы меня успокоить.

— А если бы имели значение? Если бы было важно? Чего бы он от меня хотел?

Отец откинулся на стуле и вздохнул, скептически разглядывая куриное рагу, которое сегодня подала кухарка.

— В Этерштейне все решает король, — я прочитала столько книг об этой стране, что уже могла бы вести лекции об абсолютной монархии, но только понимания не прибавилось. — Зачем я была нужна маркизу? Он надеялся, что я замолвлю за него словечко? Он же племянник короля. Что я могу для него сделать?

— А ты внучка короля, — обстоятельно произнес отец, — и наследница трона. И должна думать не о том, как угодить Виктору, а о своем будущем в Этерштейне.

— О своем будущем как королевы? — скептически переспросила я. — Ты серьезно?

— Конечно, серьезно, — кивнул он. — Такими вещами не шутят.

Я покрылась холодным потом и быстренько положила вилку на стол, чтобы он не заметил, как дрожат руки. Пытаясь вернуть самообладание, я разглядывала почти нетронутый рататуй на тарелке. Невероятно, что столько времени он держал это в голове, тогда как мне вопрос казался закрытым. Значит, вот к чему он вел вчера. Упорства ему не занимать.