Книга Цена любви и мести, страница 166 – Анастасия Разумовская

— Глупец. Удивительно, как у такого умного человека, как Исольв, могли родиться такие глупые дети. Я отклоняю твой вызов, Лион, потому что законом рыцарю запрещено принимать вызов кастрата.

— Что ты несёшь?! Я не…

— Это ненадолго. Эстэль, подойди ко мне. Не бойся.

Девушка панически оглянулась на брата, но подошла к герцогу. Она дрожала всем телом и тряслась, словно в ознобе.

— Вы не женитесь на мне? — спросила неверяще. — Но… мы были вместе в эту ночь… Я была чиста до этого… Вы же сами… как порядочный…

— Смотри, — шепнул он. — Не на меня. Посмотри в окно.

Эстэль оглянулась. Нахмурилась, не понимая. Посередине двора стоял столб, к нему была привязана горбатая фигурка, под её ногами лежали дрова и хворост. Зачем там дрова? Эстэль непонимающе заморгала. Кто-то в сером мундире подошёл с горящим факелом и поджёг хворост.

— Она же так с… горит…

Осознав сказанное, девушка вцепилась в руку герцога, задохнулась от ужаса. Ширан неподвижно смотрел в окно.

— Я хочу, чтобы ты это видела, Эстэль. Смотри.

Пламя весело затрещало, разгораясь, задымило.

— Ей же больно…

— Очень.

— Она же не виновата… Это всё Ирис…

— Аарха нарушила закон и осуждена по закону.

Когда приговорённая начала кричать, Эстэль зажала уши, отвернулась, уткнувшись в мундир герцога. Девушку затрясло. Но она всё равно продолжала слышать и крики, и мольбы, и проклятья, и нечеловеческий предсмертный вой.

— Пожалуйста, остановите это! — зарыдала Эстэль.

Герцог не ответил. Лион грязно ругался, но его голос дрожал от страха. Ширан стоял и смотрел, как заживо сгорает человек. Ветер донёс запах палёной плоти. Эстэль затошнило.

— Пожалуйста, пожалуйста, хотя бы закройте окно!

Ширан оглянулся на неё. Кивнул Баэрду:

— Уведи Лиона вниз.

Эстэль вскрикнула от ужаса. Гвардейцы подхватили несчастного под руки и грубо вытащили прочь. Баэрд вышел за ними.

— Что вы собираетесь…

… «с ним делать», — хотела спросить Эстэль, но горло её пересохло. Ей очень хотелось упасть в обморок, сердце стискивало латной перчаткой страха, но отчего-то сознание никуда не пропадало.

— Это от тебя зависит. Садись и пиши.

Герцог подал ей руку, подвёл к столу, положил лист бумаги, обмакнул перо в чернила и вложил в руку. Эстэль посмотрела в его безжалостное лицо. В глазах девушки дрожали слёзы.

— Милый брат мой Саран, — начал диктовать герцог, снова вернувшись к распахнутому окну, из которого тошнотворно воняло, но уже не доносилось никаких звуков, — наш брат Лион обманом вывез меня в Персиковый город. Он хочет выдать меня замуж за герцога Ширана, чудовище, которое пугает меня до полусмерти. Пожалуйста, спаси меня! Я буду ждать тебя в пригородной гостинице «Быстроногий кентавр». Умоляю тебя, поторопись, иначе через неделю спасти меня не сможет ничто. Твоя любящая и преданная… Как ты подписываешься в письмах к братьям?

— Тэль, — прошептала девушка, сморгнув слёзы.

— Тэль, — завершил Ширан.

Подошёл, встал за спиной, пробежал взглядом написанное.

— Вы же не навредите Сарану? — жалобно спросила Эстэль, всхлипнув. — Вы же ничего ему не сделаете?

— Ты останешься здесь, — не ответил Ширан. — Я велю Баэрду отвести тебя в комнату. Покидать её тебе не разрешено. Будь хорошей девочкой.

Она схватила его за руку:

— Мой брат… Лион… он будет жить?