Книга Цена любви и мести, страница 120 – Анастасия Разумовская

Эйва смущало, что миролюбивый Кальдер после смерти стал как-то уж слишком мстителен и кровожаден.

Пошумев, Елисель умчалась вниз, крича про перо, чернила и бумагу, Нойса поскакала за ней, а Эйв повернулся на бок и принялся смотреть, как по небу ходят облака.

На сердце его царил непривычный раздрай.

Может, и в самом деле Белокурдам дорога в учебники истории? Разве не задача короля сделать всё для процветания королевства? И если для процветания своей страны король должен уступить трон и умереть, должен ли он героически отстаивать свои собственные права и честь?

— Положим, — прошептал принц, глядя, как на его руку опустилась нарядная вишнёвая бабочка, — но сначала мне нужно узнать, всё ли хорошо с Ирис и Дайном. Пусть мёртвые остаются с мёртвыми, но о живых позаботиться я обязан.

Закрыл глаза и подставил лицо солнцу.

Йотпы с ней, с местью. Лися права: из Ширана получается неплохой правитель. Уж точно лучший, чем был Кальдер. Вот только убедиться бы, что всё хорошо с сестрёнкой. Ну и с братиком. В конце концов, есть беспроигрышный вариант — монашество. Ну или мнимая смерть… Тысяча способов, как найти выход и прекратить бессмысленные смерти.

Вечером к ним пришёл Горий, и принц убедился в принятом решении: Ширан уже убил Исольва, одного из сильнейших среди семи герцогов. Остальные вооружаются. Ирбисы прислали ноту протеста, ну и йотпы с ними. Тревожило только одно: Ширан не заявил о свадьбе с Ирис. Почему? Это ведь сразу сделало бы его позиции в разы сильнее. И ничего не было слышно про Дайна.

Когда Первый советник ушёл, а Елисель, уставшая от долгого черчения, уснула на единственной кровати, принц вышел и аккуратно прикрыл за собой дверь. Он всё же переоделся в мужской костюм — одежду рабочего с широкими штанами, длинной рубахой и тёплым жилетом. И шляпой, к счастью, широкополой.

Эйв понимал, что рискует. И понимал, что рисковать ему было нельзя. И в целом… глупо.

Но там, под стенами обители Упокоенных Душ ржавела его сабля. И гнил его мундир. А оружие и мундир — это святое. Ну и потом… кое с кем ему обязательно нужно было поговорить.

ПРИМЕЧАНИЕ

мулякра — огромная хищная рыбина, способная проглотить человека, обитает в Ядовитом море.

Его вещи оказались там же, где он их оставил — в кустах жимолости под стенами обители Упокоенных Душ. Эйв встряхнул мундир, от которого пахло чем-то вроде плесени. Кисло, неприятно. Легче сжечь, чем привести в порядок, но…

Если всё же придётся поднимать войска и напоминать присягу герцогам, то форма нужна. Одно дело, к ним явится принц при полном параде, и другое — парнишка в костюме фермера, или там… бродяги. Нельзя в глазах солдат выглядеть жалким оборванцем. Эйву нужна не жалость, а вера в силу. Кто пойдёт за права несчастного сиротинушки? Мундир же наглядно подчёркивает и право, и силу. А заказывать новый — не вариант.

Смотреть саблю он не стал. Незачем шуметь. И дураку ясно, что оружие заржавело.

Трискота…

Сердце Эйва сжалось. Его верная лошадь стояла от него в паре сотен шагов, но он не мог ни забрать её, ни даже навестить, чтобы не навлечь подозрений.

Ширан уже точно знает о том, что наследник Белокурдов жив, и наверняка догадывается, что тот всё ещё в городе. Конечно, герцог не станет обыскивать каждый дом: в последнюю перепись населения в Персике насчиталось около четырёх миллионов жителей. Обыскивать каждый дом — поднимать ненужное волнение. К тому же, если искать масштабно, то придётся заявить о том, что наследник престола жив, сотням людей, а, значит, через пару дней об этом будет знать вся столица. И ещё через пару — вся Мурсия. Что, конечно, приведёт к объединению сторонников Белокурдов и появлению мощной оппозиции. И Эйву останется лишь выйти к ней и возглавить.