Книга Ожившая невеста некроманта, страница 7 – Элиза Маар

Дядя Люциус нахмурился и, когда посмотрел на меня — прямо в область солнечного сплетения, где, как считалось, находилась душа, — у меня по телу побежали мурашки.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Менталисты вам не помогут, господин. Я бы посоветовал спирита, но вы и сами один из них.

— С её душой всё в порядке.

Боги, и что тогда со мной происходит?

Когда менталист вышел, Люциус прикрыл дверь и, налив себе рюмку настоя от боли в голове, осушил её одним глотком, поморщившись. Я тоже скривилась, словно знала, какая она на вкус, хотя не могла вспомнить, чтобы её принимала.

— И что дальше? — нарушила я гнетущую тишину.

Люциус слишком долго стоял ко мне спиной и смотрел в одну точку, задумавшись.

Он повернулся ко мне. Его взгляд смягчился, но было трудно не заметить, что он напряжён.

— Как мы докажем, что я — это я? Я мало что помню, а менталист оказался бесполезен.

— Я тоже видел твою душу, Мэвис, — он прошёл к своему креслу. — Меня мало волнует доказательство — оно не проблема. Я знаю, что вернулась ты. Меня пугает твоя потеря памяти. Это… ненормально.

— Ты ведь уже был на Завесе?

Он застыл, взяв в руки смартмак, и поднял льдисто‑голубые глаза на меня.

— Был. Малакай рассказал?

— Папа, — я прошла к креслу и села напротив Люциуса. — У тебя были провалы в памяти, когда ты вернулся?

Больше всего воспоминаний вернулось из дальнего прошлого, а вот последние годы… — Нет, но я едва выжил. Твой случай… нестандартный, Мэвис. Насколько мы поняли, ты просто… провалилась на Завесу. Тебя не затянули, ты пошла туда не сама. Отсюда и клиническая смерть. Отсюда же, скорее всего, и осложнение в виде частичной потери памяти.

Повисла тишина. Я опустила глаза на свои руки, рассматривая кольцо на безымянном пальце. Я не помнила многое, но не последние несколько лет, а то, что осталось, казалось разрозненными кусочками, которые не имели смысла, потому что я не могла собрать полную картину.

Люциуса и родных я вспомнила позавчера, когда папа связался с нами по смартмаку, а вот своего так называемого жениха я не помнила от слова совсем.

Жених, смерть меня забери. У меня был жених. До сих пор казалось дикостью.

Любила ли я его?

Любил ли он меня? Скорее всего, нет, потому что рядом он не задержался. Любящий человек не бросил бы свою половинку в таком положении.

Меня это расстраивало. В глубине души я чувствовала, что он был мне дорог.

— Тебя что‑то тревожит, милая?

Я натянула улыбку. Не скажу же я ему, что расстроена отношением Малакая? Нет, с женихом буду справляться сама.

— Нет, дядя Люциус. Я доверяю тебе, так что не сомневаюсь, что ты в любом случае мне поможешь.

В его глазах появилась нежность.

— Помогу. Чего бы это ни стоило.

— Спасибо. — Я встала с кресла. — Я пойду собираться, если ты не против.

— Конечно.

Когда я уже взялась за ручку двери, Люц окликнул меня:

— И, Мэвис, Малакай приедет за тобой завтра.

Я нахмурилась, сжав ручку двери.

— Я думала, в КАС меня повезёшь ты.

— Буду решать сложности в управлении и с Советом.

— Меня точно не загребут на досмотр?

— Нет, не переживай. В тебе нет никого лишнего. Моё слово ещё имеет вес, милая.

— А если всё же…?

— Нет, Мэвис, ты — это ты. Сначала я сомневался, но, ощупав твою душу, убедился в этом. Скорее всего, Совет Спириалистов пришлёт своего человека, но тебе не придётся посещать Верховный суд.