Книга Хозяйка гостиницы, или Драконам вход воспрещен!, страница 8 – Алана Алдар, Мию Логинова

— Так вот же, вас сопроводили, господин хороший, на отдых, — она спускалась с лестницы вприпрыжку. Не леди, а ребёнок, спешащий за сладостями. Никакого воспитания. Конечно, в пансионе же она не обучалась. — Но теперь… — мы нырнули в дверь, а вынырнули на заднем дворе и, остановившись у порога, внезапно заорала во всё горло: — Тихооон! Поди сюда, живее! Тут к тебе доброволец, желает научиться ножки к кроватям строгать, — бросив на меня взгляд, добавила: — Страсть как желает. Почти как жениться.

— Ножки к кровати? Я? Не помню, чтобы очень просил курс столярного и плотницкого мастерства, — я сложил руки на груди и одарил её взглядом «ты нормальная вообще?»

— Нет целой кровати в твоём люксе, нет жены в перспективе, — довольно пропела Рокси, ничуть не смутившись моим поглядим. — Занимайтесь, ваша светлость, ужин скоро, успеть бы вам.

И ускакала в проём двери, похлопав меня по плечу ладонью.

Наглая, как необъезженная кобыла.

— Это вы что ли учиться?

С другой стороны двора появился мохнатый мужик. Лет, может, сорок — пятьдесят. Плечистый, крупный.

— Не похож? — уточнил я ехидно. Мы сменили друг друга изучающим взглядом.

— Вообще нет, — честно заключил мужик.

— Не бывает плохих студентов, только плохие преподаватели, — подтянув повыше рукава камзола, назидательно сообщил я Тихону.

— Вы, ваше лордство, может, посидели бы. А я тут сам. Ну это. Настогаю. Фить-фить — и готова.

— Женишься ты тоже вместо меня, пока я в стороне посижу? И после свадьбы это твоё фить-фить? Неси свои инструменты.

Докажу вам, что дракон не значит безрукий.

Штайн

— Кровать — дело такое, чтобы не шаталось, надо опорные ножки делать, — назидательно бурчал мужик, притащив деревянные бруски. — Из прочного дерева, а то мягкое оно того, просядет быстро. Да и с погодой не дружит.

Так мы не то что до ужина, до нового раскрытия бездны не управимся.

До чего все любят читать лекции и считать других заведомо глупее. Вот декан наш, например, тоже вечно пытается меня носом в незнание потыкать. Отец, братья… С детства только и слышу, какой я никчёмный. Хиляк и дурак.

— Дай сюда деревяшку твою, — потребовал я в приказном тоне. Нечего церемониться с теми, кто банальной вежливости не обучен и в субординации не смыслит ровным счётом ничего.

Я взвесил брусок на руке.

— Размеры у вас какие?

— У нас это где? — Тихон уселся на груду брёвен, сваленных под навесом на деревянном же настиле. Видно, эти использовали, чтобы топить кухонные печи. Вот берегут от сырости.

— У кроватей.

— Так разные все, — мужик достал самокрутку и стал разминать её пальцами. Я махнул рукой и пошёл в свой люкс вместе с бревном производить измерения.

Ясно ведь совершенно, что этот мужик с хозяйкой своей за компанию просто решил мне жизнь усложнить. Не может быть, чтобы не знал, какого размера мебель у него в хозяйстве. Что за работник он тогда. Я бы выгнал сразу, а уж жена моя будущая на жалостливую вообще не похожа.

На лестнице на меня налетела та служанка. Лиза. Ойкнула и вжалась в стену, пропуская. Я поклацал угрожающе зубами и рассмеялся от её усилившегося испуга, и пошёл дальше, перешагивая за раз по две ступени.

— Пилу давай. И шлифовку, — потребовал я, вернувшись во двор.

Мужик убрал самокрутку за ухо и озадаченно посмотрел на меня по-новому. Не как на мальца несмышлёного.