Книга 500 лет ожидания, страница 143 – Рина Рофи

— Вы! — рыкнул он так, что стены храма задрожали.

Духи брызнули врассыпную. Калеб метнулся за фонарь и чуть не погас от страха. Ли споткнулся о собственный хвост. Кто-то с тихим писком провалился сквозь пол.

— Простите, господин! — донёсся откуда-то из-под потолка жалобный голос. — Мы не хотели! Просто вы такие красивые!

— Вон! — рявкнул Рэн. — Все! Чтобы я вас не видел и не слышал! До утра!

В храме мгновенно стало тихо.

Я сидела, завёрнутая в его каригину, красная как помидор, и не знала, смеяться мне или плакать. Рэн повернулся ко мне, всё ещё тяжело дыша, и вдруг рассмеялся.

— Прости. Они невыносимы. Тысяча лет — и никакого уважения к приватности.

— Это… это был Калеб? — пискнула я.

— Калеб. И Ли. И, кажется, ещё пара домовых. Я с ними завтра поговорю. Серьёзно. Очень серьёзно.

Я хихикнула. Он улыбнулся и притянул меня обратно в объятия.

— Рэн… а я… могу оставаться в мире духов? — спросила я, всё ещё завёрнутая в его каригину. За окнами храма сияли две луны, и где-то вдалеке духи пели тихую колыбельную.

— Недолго, но можешь, — он погладил мои волосы. — Чтобы быть здесь постоянно… ты должна… если ты захочешь… стать бессмертной. Со мной.

— Рэн… — я замерла.

— Позже, — он прижал меня крепче. — Не сейчас. Ты только что узнала обо всём. Тебе нужно время. Я не тороплю. Главное, что ты здесь. Что ты жива. Что ты со мной.

Я смотрела на него. На его лицо в лунном свете. На его глаза, в которых всё ещё тлела древняя боль.

— Рэн… получается, я… умирала? И возрождалась? Снова и снова?

Он закрыл глаза. На секунду. Всего на секунду. Но я увидела тень. Тень той боли, которую он носил в себе пять столетий.

— Да, — сказал он тихо. — Это самое ужасное, что случалось со мной — видеть твою смерть, Мэй. Снова. И снова. И снова. Каждый раз, когда ты рождалась, я искал тебя. Иногда находил слишком поздно. Иногда — когда ты была уже в преклонном возрасте. Иногда — когда ты не помнила и у тебя была другая семья. И я просто стоял в стороне и смотрел, как ты живёшь свою короткую человеческую жизнь. Это было… невыносимо.

— Рэн… — я коснулась его щеки, и он прижался к моей ладони.

— Но сейчас ты здесь. Молодая. Живая.

Я обняла его крепко, как могла.

— Не покидай меня, Мэй, — прошептал он, и в его голосе была такая уязвимость, такая древняя, застарелая боль, что у меня сердце сжалось.

— Не покину… — ответила я и провела ладонью по его щеке, чувствуя, как он дрогнул под моими пальцами.

Он усмехнулся.

— Пятьсот лет назад ты сказала то же самое.

Я замерла. Внутри что-то оборвалось.

— А что было потом?

— Ты погибла, Мэй, — его голос стал глуше, тяжелее. — Мы не успели. Я не успел. Ты откладывала… а потом было поздно.

— Что откладывала? — прошептала я, хотя уже знала ответ. Чувствовала его.

— Обряд. Тот, что сделал бы тебя бессмертной. Ты говорила — ещё не время. Говорила — давай подождём. Ты хотела пожить обычной жизнью. Ты была молода, полна сил, тебе казалось, что у нас впереди ещё столько всего… А потом ты просто не вернулась из города. Разбойники на дороге. Случайность. Глупая, нелепая случайность. Я нашёл тебя слишком поздно. Ты умерла у меня на руках и я ничего не мог сделать.

Он замолчал. Его хвосты, что обвивали меня, чуть дрогнули. Я видела, как тяжело ему это говорить. Как свежа эта рана даже спустя пятьсот лет.