Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 280 – Александра Воронцова

Мой отец дураком не был, и когда в резиденции начали происходить эти нападения, он быстро понял, что к чему. Он проследил за вором до сейфа и, когда тот ушел, убедился, что сокровище похищено. Все, что он мог сделать, чтобы не дать преступнику получить власть над целым артефактом, — это забрать у него хотя бы последнюю часть.

Папа…

А дальше? Или дознаватель рассказал о письме отца с предупреждениями, или мерзавцы сами попытались надавить на него, но когда стало понятно, что Иво Чаргетто уступать не собирается, они решили действовать на опережения. Им во что бы то ни было нужно было убрать отца с дороги. Ну и отомстить за сорванные планы хотелось, наверное.

Папа же не мог никому рассказать. Клятва не позволяла, да и, не думаю, что точно знал, как глубоко проникли ядовитые корни. Доверять кому-либо кроме императора он не мог, но тот восстанавливался после атаки Алессии. Лорд Чаргетто много раз просил о личной аудиенции, но ему отказывали, обосновывая это угрозой безопасности правителя.

Зато бывший приятель обвиняемого по-дружески закапывает отца в суде, ему подыгрывает обвинитель, судья закрывает глаза, и вердикт вынесен.

Когда Натори замолчал, я поняла, что ненавижу всех, кто оказался причастен к грязной истории.

— Итак, — медленно подвела я итог. — Вы знаете кто, что и когда сделал. Так почему вы не схватите его прямо сейчас?

Лорд Фаджио поморщился:

— К моему большому огорчению, этот человек хоть и подонок, но не трус. И он действует за идею. И он не из тех, от кого можно добиться чего-либо пытками. А нам нужно узнать, где части артефакта. Вряд ли они у него всегда с собой под мантией. Уверен, что наш умник оставил последователей и четкую инструкцию, что им делать. Нам нужно, чтобы он проговорился.

Я сопоставила все детали, которые так любезно предоставили мне Натори и Фаджио. Определенно мужчина, носит мантию, в достаточном возрасте, чтобы быть наставником Кассиана и другом прежнего главного дознавателя, член исторического общества.

Из двух кандидатур в академии сейчас находилась только одна.

— Вы говорите о мэтре Фосси?

По дороге в столовую я вспоминала, как после моего вопроса лорд Фаджио вздохнул: «Ты выиграл, с меня золотой». Он бросил монетку лорду Натори, и тот поймал ее на лету, зажав в кулак. «У меня сообразительные студенты, Ник», — хмыкнул он.

Что ж, я угадала, хотя у меня в голове не укладывалось, что роль главного злодея досталась мэтру Фосси. Он не производил такого отталкивающего впечатления, как Монферо, вел себя со мной корректно, не демонстрируя пренебрежения, и даже дал совет по поводу уз. И теперь меня занимал вопрос, а добрым ли он был. С какой стати мэтру печься обо мне?

Выслушав план ректора, я была вынуждена признать, что придумано недурно. Некоторые моменты не казались мне надежными, но лорд Натори убедил меня, что он все же лучше знает Фосси и учел все варианты его возможно реакции.

— Детали узнаете непосредственно перед экзаменом. Это все-таки испытание, а не игра в декорациях. Все серьезно, адепты, — лорд-ректор дал понять, что разговор окончен, мы поднялись, Ренци тут же сделал шаг ко мне, явно собираясь прояснить причину моей холодности, но Натори договорил: — И да, адептка Чаргетто. Кассиан уважает право на месть, но мэтр должен дожить до встречи с дознавателями. Есть еще жертвы, требующие возмездия. Это понятно? — Я кивнула. — Хорошо, идите. А вы, адепт Ренци, задержитесь.