Книга Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 1, страница 85 – Наталья Шевцова

«Да они надо мной не просто издеваются, а в маниакально-извращённой форме!» — Еще больше разозлилась я.

— Не надо клятв, — попросила я и снова указала пальцем на открытую калитку. — Просто уходи, — и пальчиками показала, мол, ножками уходи.

Но мои мучители продолжали стоять на своем. В смысле, на своих коленях.

— Госпожа берегиня, ты просто счастья своего не понимаешь, я ж полезный! Я и дров наколю, и воду принесу! И избу подмету! И козу подою!

— Ме-ээээээээээээ! Ме-ээээээээээээ! Ме-ме-ме-меээээээээээээээ! Ме-ме-ме-меээээээээээээээ! — поддержала его коза.

— И до бешенства доведу и с ума сведу, — сквозь зубы процедила я. — Спасибо! Но я все сама! В смысле и дров наколю, и воду принесу, и избу подмету, и козу… Козы у меня, славу богу, нет, так что, просто… уходи! — и снова пальчиком показала, куда уходить и калитку пошире открыла.

Ага, сейчас!

— Как нет?! — удивленно возопил мой мучитель. — А Грета?!

— Ме-ээээээээээээ! — подтвердила коза и, широко раскрытыми глазами, в высшей степени возмущенно-укоризненно на меня посмотрела. Мол, ну ты мать вообще! Вообще совести у тебя нет! Я же вот она! И я — самая, что ни на есть, настоящая коза!

И тут я поняла. Это не розыгрыш, а развод! И разозлилась еще больше…

— Вон! — в очередной раз указав пальцем направление, потребовала я. Да, грубо, но у меня был тяжелый день и нервы не железные.

— Нет! — упрямо заявил малец, прижимая к себе козу.

Коза согласно кивнула, прижавшись к мальчишке и придав морде выражение жертвы тяжкого и жестокого избиения.

И я сдалась…

— Сколько? — устало поинтересовалась я.

— Что сколько? — удивленно моргнув, переспросил мой мучитель.

— Ме-эээ?! — слегка склонив голову набок, округлила глаза коза.

— Сребня хватит? — уточнила я и сразу же предупредила: — О золотом даже и не заикайся! Бери сребень и вали отсюда, пока я добрая! Или я всё-таки пожалуюсь шерифу!

Пацан округлил глаза и прижал свободную руку к груди, изображая смертельную обиду:

— Да ты что, госпожа берегиня! Так вот ты оказывается, что думаешь! Это ж в прошлом было! И вообще то шутка была! А вообще мы с Гретой честные и работящие!

— Ме-ээээ! — подтвердила коза с самым честным видом.

Я тяжело вздохнула и, как стояла за калиткой, так и села. А что? Травка мягонькая, а я устала.

— Честные, значит, — снова вздохнула я.

— Ага! Ме-эээ! — в унисон заверили меня честные.

— И работящие, — еще раз вздохнула я.

— Ага! Ме-эээ! — снова в унисон заверили меня работящие и ожидающе уставились на меня.

И выражение лиц, что у первого, что у второго… ясно говорило: «Ура! Мы её уломали!»

— Нет, — отрицательно покачав головой, удивила я их. — Второй раз на те же грабли — извольте!

— Какие грабли, госпожа?! — мальчишка часто захлопал глазами и даже с колен свалился на задницу. — Я честно пришел на службу наниматься! Клянусь козой!

Коза ошарашенно повернулась к нему и заморгала, явно не готовая к такой жертве с его стороны.

Поняв, что надо мной всё же жестоко издеваются в извращённой форме, я в очередной раз тяжело вздохнула, закатила глаза к небу, мысленно обратилась к высшим силам с кратким «за что?!» и поинтересовалась:

— Почему я? Что я тебе сделала плохого?

Мальчишка вновь прижал руки к груди.

— Госпожа берегиня, это не вы, а я! — с отчаянием в голосе в очередной раз заверил он.