Онлайн книга «Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 1»
|
— И шериф и его семья, — кивнул Дэмиан. — Я понял. [1] Переворот с целью убийства правящего монарха называется «регицидальный заговор» [2] Регицидальный дворцовый переворот — подчеркивает, что переворот произошёл внутри дворца и его целью было убийство правящего монарха. [3] ВЕЛИКАЯ МАТЬ ТИАМАТ — Верховное божество. Богини жизни. Создательница, Дарующая Пламя. Прародительница драконов. Богиня первородного огня. В её чешуе отражаются цвета всех драконов, а крылья закрывают собой небеса. Она не говорит с драконами напрямую, лишь посылает знамения и пророчества. [4] Кальдрис — провинция на северо-западе Империи, откуда якобы прибыла Аннет. Глава 24 Захлопнув за собой дверь и привалившись к ней спиной, я глубоко вдохнула, судорожно хватая воздух ртом, затем выдохнула… потом ещё раз вдохнула, потом ещё… Сердце колотилось, словно я только что пробежала марафон, а за спиной у меня осталась стая голодных волков. Хотя, если подумать, волки, наверное, выглядели бы менее устрашающе, чем тот мужик, из которого я только что сделала сладкого на все сто, о-о-о, шоколадного зайца[1]. Зайца, ага! Шоколадного монстра, который, судя по его горящим адским пламенем, налитым кровью глазам, меня уже записал в свой план дня, как «сожрать на обед». Правда, для этого ему придется в очередь после Лилиан и Софии, которые, по нетерпеливому выражению на их лицах, тоже не прочь были откусить от меня кусочек. — АННЕТ!!! — одновременно завопили они, их широко раскрытые, огромные по пять копеек глаза пылали жаждой допроса с пристрастием. — Что он тебе сделал?! — первой выпалила София, кивнув головой в сторону улицы, где всё еще стоял шоколадный заяц, тьфу ты, монстр. — Он к тебе, что приставал?!! — эхом подхватила Лилиан. — И когда только успел?.. — удивилась София. — Не важно, когда! — решительно объявила Лилиан. И прежде, чем я успела хоть слово сказать, с её руки уже слетел вестник. — Пусть Ройс с ним разбирается! А то у нас выборы на носу, а по городу извращенцы разгуливают! — Он не извращенец, он монстр, — вступилась я за «своего шоколадного зайца». Когда он стал моим? И почему я упорно продолжала называть его про себя шоколадным зайцем, хотя и точно знала, что он монстр, не спрашивайте. Сама не знаю! Ну вот было в нем что-то такое, что в моей голове сама собой проигрывалась мелодия из «Шоколадного зайца» Пьера Нарцисса. И если бы только мелодия, но и слова![2] Что-то? Ага! Кому я лапшу на уши вешаю! Я прекрасно знала, что в нем было! ТО, что я увидела до того, как его глаза залили огонь и кровь, а на лице появилось зверское выражение! В течение всего одного мгновения, но на меня смотрел мужчина столь же нереально, невероятно, неправдоподобно привлекательный… Классические черты породистого лица, лепные скулы, идеально прямой нос, чувственный рот и опушенные длиннющими, черными, как смоль ресницами, ярко-голубые, цвета васильков в лучах утреннего солнца, глаза. Сколь и крышесносно-сногсшибательно притягательный… «К сожалению, во всех смыслах слова!» — иронично думала я тогда, вспоминая, как пытаясь затормозить, чтобы не столкнуться с неожиданно возникшим на моём пути препятствием, остолбенела пораженная упомянутой выше невероятно- неправдоподобно-нереальной красотой (чтоб её!), споткнулась и рухнула, как подкошенная, на широкую мужскую грудь. |