Книга Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 2, страница 136 – Наталья Шевцова

Я сняла фартук, повесила его на спинку своего стула и, подхватив свою чашку с чаем, села напротив своего гостя.

— Завтрак подан, Ваше Сиятельство! — взмахнув воображаемым мушкетерским плюмажем, объявила я. — Прошу не судить строго! Сами видели я его лепила из того что было.

Сиятельство окинул взглядом стол, затем меня — и в серых глазах его мелькнуло нечто такое, от чего мои бабочки, только-только пристроившиеся в зрительном зале, встрепенулись и навострили усики.

— Не буду, — сложив губы уточкой, с самой серьезной физиономией пообещал он мне и тут же подцепил вилкой щедрый кусок омлета — за которым, как я и обещала, тянулись аппетитные сырные нити — и отправил его в рот.

Прикрыл глаза и начал медленно, со вкусом жевать.

Я в ожидании вердикта замерла с улыбкой на устах, мои тараканы — затаили дыхание и скрестили на удачу лапки…

Утреннее солнце, пробившись сквозь щелку в зановеске, легло на столешницу тёплым пятном, поймав в свой луч поднимающийся от чашек пар.

На осунувшемся лице Сиятельства меж тем появилось выражение блаженства.

— Боги… — открывая глаза, почти простонал он. — Аннет, это просто преступно вкусно. Если бы я знал, что вы так готовите, я бы поселился у вас, а не у мэра.

— Это всего лишь яйца и бекон, — смущенно фыркнула я. — Уверена, что у Лилиан омлет получается не хуже.

— Возможно, — согласился он со мной и… тут же возразил: — Но я в этом очень сомневаюсь! Потому что это… — он замолчал, типа не найдя слов, — это… Короче, — махнул он рукой, — это так вкусно, что если вдруг вы и в самом деле подмешали в это, — ткнул он в омлет вилкой, дабы подцепить бекон, — мышьяк, я все равно умру со счастливой улыбкой!

Я прыснула.

— Что ж тогда на здоровье! — расплылась я в польщенной широкой улыбке, чувствуя как в груди разливается приятное тепло и только сейчас осознавая, насколько для меня было важно, чтобы ему понравилось.

После этого какое-то время мы ели молча. Мой гость отдавал должное завтраку с сосредоточенностью изголодавшегося хищника, я же насыщалась куда более размеренно и умеренно, всё больше налегая на травяной чай. Нет, дело было не в том, что я боялась отпугнуть Его Сиятельство своим аппетитом — просто за годы борьбы с лишним весом есть не спеша и небольшими порциями — это стало даже не привычкой, а безусловным рефлексом.

Блинчики были удостоены даже ещё больших похвал, чем омлет. Нежные конвертики с сыром и зеленью, равно как и те, что таяли под малиновым вареньем и мёдом, исчезали с тарелки с пугающей скоростью, сопровождаясь такими комплиментами, что мои бабочки снова расправили крылья. Почувствовав, что заливаюсь румянцем, я опустила взгляд в чашку — в надежде прикрыться паром, как занавеской — и дабы сменить тему, спросила:

— Так значит… вы считаете, что у меня был эмпатический откат?

Вопрос вышел как бы между прочим. Как бы невзначай. Как бы к слову пришлось. Тот факт, что я репетировала его в голове последние секунд тридцать, подбирая интонацию, значения не имел. Главное — результат.

Дэмиан Эйрхарт, как раз потянувшийся за очередным блинчиком, задержал руку на полпути. Его взгляд — только что затуманенный удовольствием от вкусной и сытной еды мгновенно прояснился.

— Да, — кивнул он, завершив прерванное движение и положив блинчик на свою тарелку. — А что же ещё?..