Книга Небесная танцовщица. Книга четвёртая, страница 74 – Ната Лакомка

— Ей поклоняются, как богине, – сказала царевна Пундадари с самым невинным видом, оправляя в рот круглое ячменное печенье, вымоченное в сахарном сиропе. – Везде только и слышно – Ранджани! Ранджани! Даже мои служанки бегали просить у неё благословения.

Царица Асти посмотрела на невестку со злобой, но царевну этот взгляд совершенно не испугал. Она рассмеялась и взяла ещё печенье.

— Прибереги свои убийственные взгляды для соперницы, сестрица, – промурлыкала Пундадари, переворачиваясь на живот и болтая босыми пятками. – Я же не виновата, что мой брат нашёл ту, что красивее, моложе, родовитее и талантливее тебя.

— Насчёт молодости и родовитости не уверена, – почти прошипела Асти, и лицо у неё задёргалось.

Служанки поспешили отступить, потому что знали, что в гневе царица может и ущипнуть, и ударить, а то и плеснуть из чашки горячим чаем.

— Приятно, что красоту и талант ты не оспариваешь, – промурлыкала Пундадари, лукаво щуря глаза. – Но у моего брата всегда был отменный вкус. Именно поэтому он выбрал тебя, потом Нирмали, а потом эту… богиню.

— Какая она богиня! – царица сама вскипела, как вода для чая. – Мне рассказали, что он нашёл её в какой-то захудалой деревне! И если бы твой муж исполнял свои обязанности, моему мужу не пришлось бы самому гоняться за разбойниками! И он бы не встретил… эту!

— Мой муж охраняет наше спокойствие, – не осталась в долгу царевна. – Он рискует собой, а я рискую остаться вдовой. В то время, как ты, сестрица, волнуешься лишь о том, что мой брат получит немного радости от другой жены. И не надо скрежетать зубами, – добавила она весело. – Ты ведь царица, царевна древнего и славного рода, а не ракшаси в набедренной повязке из козьей шкуры. Будь добрее и снисходительнее, сестра. Нирмали может показать тебе пример по смирению и учтивости.

— Говоришь так, будто ты – самая прекрасная на этой земле и никогда не состаришься! – огрызнулась Асти.

— Пусть даже состарюсь, но мой Рагху никогда не посмотрит на другую женщину, – царевна поманила служанку, указывая ей на жаровню, где кипятилась вода для чайника.

Служанка быстро заварила чайные листья и долила в чашку немного молока с мёдом.

— Да-да, слыхали мы такое! – состроила гримасу царица. – Когда он притащит из похода прекрасную пленницу, вот тогда послушаю, что ты запоёшь.

— Для Рагху существует лишь одна женщина – его жена, – ответила Пундадари с горделивым достоинством. – Он выше измен, поэтому мне нечего бояться.

— Да услышат тебя боги, – проворчала царица.

Они успели сделать по глотку свежего чая, когда служанка объявила, открывая резную дверь, украшенную позолотой и драгоценными камнями:

— Царица Нирмали идёт!

— Придержи свою злость, сестрица, – вполголоса посоветовала Пундадари, усаживаясь на подушках и поджимая ноги.

Царица Асти только фыркнула и отвернулась, глядя на бирюзовую гладь бассейна.

— Доброго вам дня, сестрицы, – пожелала вторая царица, входя под тень шёлкового полога. – Сегодня пекли шашкули? Как хорошо! – и она тоже схватила ячменное печенье, с удовольствием откусывая кусочек.

— Где ты была? – спросила Пундадари. – Ходила в храм?

— Нет, была у сестрицы Ранджани, – бесхитростно призналась вторая царица. – Но потом пришёл наш господин, и я ушла.

— О-о! – негромко и со злостью протянула царица Асти.