Книга Оберег от истинности, страница 75 – Катерина Пивоварова

— Эль, тебе нужно быть с ней очень осторожной. Я почти уверен, что она работает на тёмных магов. Происшествие с ректором лишь подтвердило мои подозрения.

— Что? — перебила я.

— Вера Ларасса — агент тёмных. И я допускаю, что артефакт, который она собирается тебе дать, может подорвать всю защиту Академии изнутри.

Сердце тревожно забилось.

— Что ты хочешь сказать? Что значит — агент тёмных магов? Каким образом ты узнал об этом?

Алронд сел на кровать со мной рядом, согревая меня своим теплом. Прежде чем продолжить, он тяжело вздохнул.

— Я понимаю, что в это трудно поверить. Здесь слишком много всего. То, что ты в курсе о моём прошлом в Кадарате — её ведь рук дело? Она тебе рассказала?

Я кивнула.

— Разве не мог рассказать кто-то другой?

— Конечно мог, хотя часть преподавателей того времени уже ушли, а адепты выпустились. Но ей нужно было додавить меня, лишить твоей поддержки. Своеобразная месть, — Алронд смотрел в одну точку, — Когда я закончил Академию, мэтр по защите собирался уйти на покой. Все ждали, кто займёт его место. В Кадарате ведь своя система — здесь распределяют должности не по силе, а по пониманию магии, по склонности к ней. Ларасса отлично разбиралась в защитной магии и претендовала на эту должность, но ректор выбрал меня. Я был молод, амбициозен, стремился не просто обучать, а заниматься исследованиями. Мой проект был направлен на усиление защиты адептов без дополнительного расхода энергии. Ларасса поддержала меня, предложив использовать артефакты, которые, по её словам, могли раскрыть потенциал учеников.

Он встал и начал ходить по комнате, его шаги были напряжёнными, движения резкими.

— Я был ослеплён жаждой успеха. Мои адепты были увлечены новаторскими идеями не меньше моего. Их было немного, но на эксперименты они соглашались добровольно. Однако работа с артефактами на людях — это не то же самое, что чистая магия. Я не хотел работать с живыми людьми в таких условиях, но Ларасса убеждала, что всё получится. Она давила, и мне не хватило решимости сразу отказаться. Я использовал её артефакты, и только в процессе понял, что они содержат тёмную магию. Тогда всё и вышло из-под контроля.

— Тот всплеск магии…

— Да, — горько произнёс он, — Ректор был вне себя. Он и Ларасса единственные знали об экспериментах. А теперь о них узнала почти все. И многие начали сомневаться и в авторитете самого Каэла… Я подвёл его. Ларасса же сразу открестилась от меня, выкрутив всё так, что это была полностью моя идея и ответственность. И я сам попросил её о помощи. Понимая, что она отчасти права, я не захотел доказывать свою версию остальным. Поэтому ушел. Тогда мне казалось это правильным и благородным, сейчас я вижу, что это было просто глупо. Одно порадовало — Ларасса так и не получила место менталистки, мастер Хойс занял его.

— Но как ты вернулся? — спросила я охрипшим от переживания голосом.

— Ректор, Ирия и ты — единственные, кто знает, что я… могу быть драконом, — Алронд встал и отошёл к окну, силуэт его фигуры резко выделялся на фоне утреннего света, который начал пробиваться сквозь горизонт, — Мэтр Каэл смог сдержать моё превращение после того магического всплеска, когда артефакты Ларассы срезонировали. Он — один из самых сильных магов, которых я знаю. И моя вторая ипостась, вызвала у него не страх, а интерес. Он связался со мной через пару лет после моего ухода. Уже тогда предлагал вернуться — хотя бы в качестве ассистента. Но я отказался. Не хотел встречаться с осуждающими взглядами коллег. Однако в прошлом году ректор засёк сильные волнения тёмной магии. Он понимал, что Академия может быть под угрозой. Само существование Академий для идеологии тёмных — насмешка, ведь мы учим, как контролировать магию.