Книга Оберег от истинности, страница 114 – Катерина Пивоварова

Я почувствовал, как дракон внутри меня взревел, но этот рык не был гневным. Это был призыв, мощный и древний, как сама магия, что связывала нас. Её глаза расширились, и я увидел, как слёзы струятся по её щекам.

— Алронд… — прошептала она, её голос был слабым, но в нём уже не было того звенящего холода. Это была она. Моя Эль, — Я… слышу его. Слышу дракона...

Её рука поднялась и коснулась моей, наши пальцы сплелись, и в этот момент наша связь ожила. Я почувствовал, как тьма, обволакивавшая её, отступает, растворяется. Свет пробивался сквозь её магию, как первые лучи солнца после долгой ночи.

— Я здесь, — сказал я тихо, сжимая её руку, — И я никогда тебя не отпущу.

Она улыбнулась мне, нежно, словно это было именно то, что ей нужно было услышать. Тут последние силы покинули её, и она потеряла сознание. Но она вернулась. И это было самым важным.

Неожиданно зал задрожал, как будто вся его основа пришла в движение. Каменные стены потрескивали, с потолка посыпались обломки. Воздух наполнился тяжёлым гулом. Я заозирался, пытаясь понять, что происходит.

Ирия, стоявшая позади ректора, закричала от боли и упала на колени. Я посмотрел на Ларассу — стоя на остатках балкона, она протянула руку к Ирии, явно вытягивая из неё силу для тёмной магии. Её ухмылка была дикой, глаза светились мрачным восторгом.

— Ларасса! — ректор резко вскинул голову, его лицо побледнело. — Что ты делаешь?!

— Останавливаю этот фарс, — с издёвкой протянула она, её голос эхом отразился от стен. Она вскинула вторую руку, и магия, тёмная и густая, хлынула из неё, словно поток, — Всё это бесполезно. Академия, твои барьеры, все эти жалкие магические правила, ограничивающие реальную силу — всё должно закончиться здесь!

Её магия ударила в центр зала, и стены затрещали сильнее. Огромная щель змеёй поползла по полу, разрывая руны.

— Остановись! — ректор, охваченный гневом, стукнул посохом о камни, выпустив светящуюся волну энергии. Барьер вокруг руны на мгновение стабилизировался, но трещины продолжали ползти, всё быстрее и быстрее. Тёмная магия всегда была сильнее обычной, а ректор был слаб.

Ларасса, видимо заметив это, расхохоталась, её смех был диким, почти безумным.

— Нет, дорогой ректор, — прошипела она, её голос звенел от ликования, — Это место — моя победа! Неужели ты думал, что я просто сдамся? Господин не потерпит моего провала… но вы умрёте вместе со мной!

Она взмахнула рукой, и те же тёмные клубы, что колдовала недавно Эль, обрушились на стены ещё сильнее, вызывая новый обвал. Её взгляд встретился с моим, и я почувствовал, как холодная злоба, переплетённая с фанатичной решимостью, пронзила меня насквозь.

— Замолчи! — ректор снова ударил посохом о пол, посылая волну света, которая временно стабилизировала барьер, — Ты даже не представляешь, что ты натворила!

Но Ларасса лишь снова рассмеялась, её голос разнёсся эхом по залу, пока очередной обломок камня не заставил её отшатнуться.

Её тёмная связь с Ирией оборвалась. Я видел, как Ирия села, тяжело дыша, как до того Эль, и потрясла головой.

— Ларси, уходи отсюда! Я тебя прикрою! — крикнул ей мэтр Каэл, возводя над ней барьер.

Ирия, пошатываясь, встала. Кинув на меня последний взгляд, она нетвёрдой походкой пошла к выходу и вскоре исчезла в нём.