Книга Пленница Владыки Тьмы, страница 95 – Стейси Кроу

— Уходи, Ант, — тихо говорю я. У меня не осталось сил на объяснения.

Ант замирает, будто я ударила его по лицу. Его брови взлетают вверх, глаза округляются от неподдельного непонимания.

— Что? — Он полон шока. — Мири, ты не поняла… Я же говорю, я люблю тебя! Я всё осознал!

— Ты сказал, что всё понял? — Я не повышаю тона. Просто констатирую факт, как сообщала бы погоду. Холодно. Безветренно. — Ты не понял ничего. Ты для меня – ничто. Пустое место. Твои слова ничего не значат. Они даже не доходят до меня. Просто уйди.

Его лицо начинает искажаться. Медленно, как будто кто-то поворачивает ручку невидимого трансформатора. Шок сменяется обидой. Губы подрагивают, взгляд становится влажным, жалким.

— Как… как ты можешь так говорить? — Его голос срывается, он делает шаг ко мне, его рука тянется, чтобы коснуться моего плеча. — После всего, что было между нами! Мы были семьёй! Я знаю, я облажался, но…

Я отступаю на шаг, и моя спина упирается в косяк двери. Его рука повисает в воздухе.

— Не прикасайся ко мне. Никогда.

Это окончательно добивает его. Обида на лице закипает и превращается в ярость. Привычная, вспыльчивая ярость, которая всегда пугала меня раньше. Сейчас же она кажется смешной и нелепой.

— Ага, — он хрипло усмехается, и эта усмешка перекашивает его красивое лицо в уродливую гримасу. — Понятно. Я для тебя пустое место. А ОН? Этот ублюдок, который тебя похитил, который… который сделал из тебя это? — он с ненавистью оглядывает меня с ног до головы, мою мокрую, грязную одежду, спутанные волосы.

Напоминание о Нортане отозвалось в груди больным уколом.

— У тебя всегда виноват кто-то другой. Он видел меня настоящую, — говорю я просто. — А ты видел только удобную для себя версию. И как только тебе это надоело, ты ушёл к Лине. Помнишь?

Его скулы багровеют. Он не ожидал, что я вытащу этот козырь. Что я вообще об этом заговорю – спокойно, без истерики.

— Это было ошибкой! — Рычит он, сжимая кулаки. — Я был в отчаянии! Ты стала какой-то чужой, замкнутой. Но я понимаю, что должен был поддержать тебя, мы вместо должны были пережить это горе. Дай мне шанс, Мири?

— Уходи, Ант, — повторяю я в третий раз, и в моём голосе впервые проскальзывает усталое раздражение. Он отнимает у меня время. Энергию. Которые мне ещё понадобятся, чтобы просто выжить.

— НЕТ! — Он внезапно кричит, и этот звук грохочет в тишине маленькой прихожей. Он впадает в истерику, которую я так часто видела, когда он не получал своего. — Я не уйду! Ты моя! Мы всё исправим! Я не позволю этому выродку…

Он не успевает договорить. Я делаю шаг вперёд. Всего один. Не поднимаю руки, не кричу. Я просто смотрю на него. Во весь рост. И позволяю ему увидеть в моих глазах ту тьму, что копилась все эти недели. Ту холодную, бездонную пустоту, в которой утонули его жалкие претензии.

Он замирает. Его рот приоткрыт, но сказать ничего не может. Он видит. Наконец-то видит не ту девушку, которую мог бы вернуть, а нечто иное. Нечто, что заставляет животный страх на секунду затмить его гнев.

— Ты… ты стала другой, — выдыхает он, и в его голосе слышится уже не обида, а настоящий, леденящий ужас. — Холодной. Жёсткой. Злой.

Эти слова обжигают моё нутро. Потому что он прав. Та Мири, которую он знал, которая терпела его безразличие, которая верила в любовь и дружбу, которая пекла пироги и плакала над глупыми романами – мертва. Её больше нет. Осталось только это холодное, пустынное место, наполненное тенями, болью и отголосками чужих смертей.