Книга Пленница Владыки Тьмы, страница 19 – Стейси Кроу

— Ант, ты не поверишь! — голос трещит от возбуждения, как перегруженный энергией кристалл. — Мири пропала!

Тишина. Гул мастерской на секунду исчезает, заглушённый гулом в собственной голове. Пропала. Слово эхом отдаётся в пустоте, которую я в себе ношу.

— Подробнее, — выдавливаю тоном, в котором нет ничего, кроме ледяного любопытства. Эмоции – неэффективны. Сначала данные.

— Пропала! Я разговаривала с Марго, она в истерике! Мири нет уже три дня! Ни на работе, ни дома! Полиция в курсе!

Она выдаёт это с придыханием, как сенсацию. Как будто обсуждаем последнюю серию модного сериала, а не жизнь человека. Моего человека.

И вот тогда я чувствую не горе, не печаль, а яростную, обжигающую волну уязвлённого эго.

Какого чёрта? Как она посмела? Это был мой ход! Моя ошибка, которую я должен был исправить, великодушно вернуться к ней. Знаю, что дверь назад была ещё приоткрыта. А она взяла и захлопнула её. Намертво. Без моего согласия.

— Ант? Ты меня слышишь?

— Слышу, — отрезав сталью в интонации. — Я на работе. Это не повод для истерик. Потом.

Вешаю трубку, не давая вставить и слова. Смотрю на свои руки. Они не дрожат. Сжаты в кулаки. Я не испуган. Я в ярости.

Три дня – слишком много. Зная Мири, она бы не исчезала просто так.

Мири. Она верила в мои безделушки. Смотрела на мои первые, корявые работы с искренним восхищением, которого не купишь ни за какие деньги. Она была… удобной. Предсказуемой. Тёплой.

А Лина. С ней нужно постоянно быть идеальным, даже когда мы одни. Она, несомненно, весёлая и яркая, сексуальная, но не даёт расслабиться.

Вечер. Возвращаюсь в квартиру моей новой девушки. Лина встречает у порога, глаза горят азартом охотницы.

— Ну? Что будешь делать? — выпаливает, будто мы планируем увлекательный поход, а не поиски пропавшего человека.

Медленно снимаю пальто, вешаю его на вешалку – идеально, ровно, как она любит.

— Что подразумевается под «делать»? — спрашиваю, поворачиваясь к ней. На лице – маска спокойствия.

— Ну как что! Искать! Использовать свои связи! Создай что-нибудь! Сканер, трекер, — говорит с воодушевлением.

Во мне что-то щёлкает. Холодная, острая ярость.

— Перестань нести чушь, Лина, — голос тихий, но в нём такой лёд, что она замирает. — Я не собираюсь нарушать законы о магическом слежении, потому что тебе захотелось поразвлечься.

Её лицо искажается обидой и злостью.

— Не говори так. Я не чудовище и тоже переживаю! Позвоню своему отцу. Он точно сможет сделать хоть что-то в отличие от тебя. — Берёт коммуникатор и набирает номер.

Удар меткий. Но я не краснею. Лишь сужаю глаза.

— Она не ты, — говорю спокойно. — Ей не от кого было сбегать. Если что, то до чего-то плохого её довели мы!

Делаю ударение на «мы», давая понять, что она тоже часть проблемы, а не невинная жертва.

Она отступает на шаг, будто я её ударил. Глаза вспыхивают.

— Ага, значит так? Жалеешь о сделанном выборе? — Лина отодвигает коммуникатор в сторону.

— Я, блять, хочу тишины и порядка, — Уже не выдерживаю, взгляд скользит по безупречной гостиной. — А здесь не вижу ни того, ни другого. Хочу побыть один. Оставь меня.

— Не говори со мной в таком тоне! Что будешь делать? Сидеть и дуться? — не унимается девушка.

Вспышка гнева рвётся наружу – не криком, а действием. Резко взмахиваю рукой. Ваза из дымчатого стекла на консоли со звоном разлетается на осколки, которые падают у её ног.