Книга Пленница Владыки Тьмы, страница 13 – Стейси Кроу

Мужчина делает шаг вперёд. Воздух густеет.

— Ты не притронулась к еде, — его голос звучит ровно и безразлично.

Он скользит к столу. Тарелка. Бокал. Всё выглядит абсолютно нормальным в этом отвратительном месте. Еда – последнее, что меня сейчас волнует.

— Как-то нет аппетита, знаешь ли, — голос срывается на хриплый шёпот.

— Ты должна поесть. Сейчас.

«Что? Да кто он такой, чтобы мне что-то приказывать? Нет уж!» — поток гнева, горький, обжигающий, хлещет наружу, сметая осторожность:

— Ты, мерзкий, скользкий, грязный лягушонок! Думаешь, что всё можно, да? Я больше не намерена играть в эти игры! Ты сейчас же рассказываешь мне всё! Как ты вообще смеешь? Да ещё и приковывать в чёрт знает какой дыре, на цепь, как грёбанную собаку? Я убью тебя! Слышишь? Ненавижу таких, как ты!

Я делаю шаг вперёд, сжимаю кулаки, чувствую, как пятно на запястье пульсирует в бешеный такт сердца:

— Что, мама в детстве не гладила? Папа не хотел читать тебе сказок на ночь? Теперь ты утверждаешься за счёт безобидных миниатюрных девушек из библиотек? Показываешь им страшилки, хочешь запугать, чтобы они потом что? Прыгали к тебе за утешением, а Нортан? Может, тебе это и надо? Чтобы я бросилась тебе на шею за тарелку супа? Так вот знай, я не любительница фильмов про стокгольмский синдром. Я никогда тебя не прощу!

Из моих глаз вот-вот захлещут слёзы, но я держусь, ни за что ему не покажу больше своего отчаяния.

Нортан стоит неподвижно. Уголок его рта дрогнул в едва уловимой, ледяной усмешке:

— Умеешь же ты развеселить, маленькая Светлая. Лягушонок, ну и ну. – Его явно позабавила моя истерика – Поешь.

Прежде чем я успеваю найти слова для нового ядовитого ответа, он разворачивается и выходит. Бесшумно. Будто его и не было. Будто я для него какая-то шутка.

Дверь захлопывается, оставляя меня в гробовой тишине.

— Сволочь! Урод! — я хватаю со стола бокал с жидкостью и что есть силы швыряю его в дверь. Хруст с мелодичным звоном разлетается вдребезги, обдавая пол брызгами.

И только тогда слёзы хлынули ручьём – беззвучные, горькие, бессильные. Я рухнула на кровать, обхватив себя руками, пытаясь сдержать рыдание, разрывающее грудь изнутри.

Он даже не удостоил меня настоящей реакцией. Я всего лишь потешила его эго.

Нортан

Три месяца назад.

Сигаретный дым окутывает кабинет причудливыми узорами, но даже он не может заглушить запах крови, который въелся в стены моего замка.

Я сижу за столом, читаю книгу.

Вейн входит спокойно и уверенно. Встаёт прямо напротив меня. Его шрамы кажутся в этот вечер особенно мрачными.

— Говори, — скучающе произношу я.

— Владыка. Я был в Вельдисе, проверял каналы поставок магических артефактов. И увидел… её. — Голос Вейна звучит лишённым эмоций, но в нем проскальзывает трепет.

— Ты уверен?

— Так же, как в том, что тень следует за светом. Она пахнет… иначе. Её аура – это симбиоз тьмы и света. В ней есть что-то древнее. Наше. Проверил всё. — Вейн протягивает мне досье. — Её зовут Мири. Светлая. Работает переписчицей в архиве. Она слабый маг. Её сила вспыхивает лишь под сильными эмоциями. Но согласно пророчеству…

— Согласно пророчеству именно, в слабости кроется её сила, — заканчиваю за него я. — Она ни о чём не подозревает?

Всё же в мою голову закрадываются сомнения. Вейн уже допустил ошибку с другой Светлой, которая оказалась не той, кто нам нужен. Поэтому теперь следует убедиться лично.