Книга Развод в 40. Агентство развлечений попаданки, страница 19 – Ирина Манаева

Раэган всё делает, чтобы я почувствовала: как это - не быть его женой. Чтобы я уехала не только с грузом обиды, а с пустыми руками. Но он добьётся лишь одного – моей ненависти.

К концу следующего дня я вконец измотана. Пропахла потом, травами, лошадьми и пылью. Меня укачивает, а тело ноет от невыносимой тряски, но даже теперь, явись передо мной Велирон, я плюну ему в лицо и рассмеюсь. Что не убивает – то делает нас сильнее.

Когда остаётся совсем немного до места, а я лежу на дне, обхватив чемодан и моля, чтобы всё наконец закончилось, повозка подпрыгивает в последний ираз, лошади встают на дыбы, принимаясь испуганно ржать, а до ушей доносятся крики и топот копыт.

Щелчок кнута, мужской хохот, и я приподнимаюсь на локте, чтобы посмотреть, что случилось. Вижу, как убегает без оглядки тот, кто привёз меня сюда, рядом гарцуют на лошадях три всадника, а позади раздаётся голос.

— Так-так, кто тут у нас?

Оборачиваюсь, чтобы встретиться лицо к лицу с опасностью. Передо мной мужчина в чёрном плаще, в маске, на манер ковбоев, прикрывающей пол-лица. Только глаза - серые, холодные, внимательные - не скрыты.

— Кто вы такая и что забыли в наших краях? - его голос хриплый, но не злой. Уверена, что он здесь главный. А вот в чём я уже не уверена, что доберусь всё же до своих владений.

Глава 15

Только что меня остановили разбойники, а я думала, что ничего не может быть хуже. Как же я ошибалась.

— Кто вы такая и что забыли в наших краях?

Раньше на этот вопрос я бы ответила, чья жена. Но кто знает, может мой дорогой муж и дальше проверяет меня.

— Я – женщина, - отвечаю, глядя прямо в глаза. – Которая следует к новому дому. Недалеко отсюда мои земли.

Он насмешливо прищуривается, склоняет голову и стягивает повязку, и теперь я вижу его лицо. Наверное, ему около тридцати пяти, он довольно красив и знает об этом, лёгкая щетина покрывает щёки и бороду, делая его чуть старше своего возраста.

— Могу ли узнать, о какой именно земле идёт речь? – задаёт мне вопрос.

— Графлинг.

Его глаза загораются любопытством.

— Надеюсь, вы шутите?

— Отчего же? Это моё наследство.

— Не очень-то вас жаловали родные, - снова усмешка.

— Можем поговорить о ваших, - язвлю, - они знают, чем вы занимаетесь?

— Конечно. За ужином обычно и обсуждаем, скольких за сегодня удалось ограбить. Все мои тётушки ходят в жемчугах, а любимый дядя коллекционирует лошадей, которых удаётся добыть. Жаль сегодня я приду к ним с пустыми руками. Вы огорчите моих близких.

Он шутит, но за его словами слышна боль одиночества. Готова поклясться.

— Здесь суровый край, совсем не для таких красавиц, - тем временем меняет он тему. - Отважно для изгнанницы. Или глупо?

— С чего вы взяли, что я изгнана?

Гордо поднимаю подбородок, всё ещё сидя на дне ненавистной телеги. Тяжело сохранять статус в таком положении, но я стараюсь.

— Ваши речи слишком благородны для пустогласки, как и внешность. Чемодан из дорогой кожи, такие могут себе позволить только те, у кого есть деньги. Платье не вычурное, но ткань не из дешёвых, обувь под стать. И эти глаза.

— Я не понимаю, - выдерживаю его взгляд, но чувствую себя под ним, как под яркой лампой, которая видит все шероховатости кожи. Он не только красив и опасен, но ещё и достаточно наблюдателен и умён.