Книга Заноза для декана. Академия Дэмфилд, страница 10 – Юлианна Винсент

Я перевела взгляд на поднос, оценивая насколько сильно я хочу ту еду, что принес этот шутник и мой желудок опять слишком громко ответил за меня.

Сливочный крем-суп, от которого еще шел пар, издавал просто божественный запах, а рядом на блюдце лежали сухарики. Соседнюю тарелку наполняло пюре с мясным подливом и пахло это все не менее великолепно.

"Неужели, в нашей столовой научились так вкусно готовить?" — промелькнула мысль в моей голове.

— Вы это… — начала я, пытаясь подобрать слова.

— Нет, не отравил, — опережая мои мысли, ответил лекарь улыбаясь.

"Почему он заговорил об отравлении?" — тревожно подумала я про себя.

Я посмотрела на Дэмиана с подозрительным прищуром, стараясь не показывать, что внутри у меня все тряслось от страха и злости одновременно.

— Уж, не знаю, чем я заслужил твое недоверие, — с этими словами Хейнрот поднялся с кресла, подошел к шкафу, достал оттуда две кружки и чайные ложки, вернулся обратно к столу, почерпнул ложечкой немного супа и съел. — Ммм, это очень вкусно! Ешь, а то остынет!

— Спасибо, — пробормотала я, принимаясь за суп.

Пока я уплетала еду, мужчина вскипятил чайник и заварил чай. Его движения были спокойными, размеренными. Он вел себя абсолютно естественно. Я никогда раньше не видела его таким. Мне казалось, что все человеческое ему чуждо, что он увлечен только своими экспериментами и больше ни о чем не думает.

"Рина, расслабляться нельзя! — возник в голове тревожный внутренний голос. —Конечно, он ест и пьет чай, но это не мешает ему убивать себе подобных и ставить на них опыты!"

— Чай будешь? — вывел меня из раздумий спокойный голос лекаря, сопровождаемый ароматным запахом цитруса и мяты.

— Нет, спасибо, — на самом деле, мне хотелось остаться и выпить чашку чая, но страх внутри меня подгонял покинуть лазарет, как можно скорее.

— Зря отказываешься, — небрежно пожав плечами, сказал Дэмиан. — Он вкусный и хорошо восстанавливает силы. А тебе сейчас это очень нужно.

— Я уже сказала, что со мной все в порядке, — ответила я, но получилось как-то слишком резко.

— Рина, обмороки — это не шутка, — серьезно глядя мне прямо в глаза, сказал Хейнрот, — и я бы не рекомендовал относится к своему здоровью попустительски.

"Интересно, своим жертвам ты тоже так говоришь перед тем, как их убить?" — язвительно подумала я про себя, а вслух сказала:

— Мое здоровье не так важно в свете последних событий, — сказала я, оглядываясь на дверь, за которой лежали жертвы самонадеянности.

— Здоровье любого важно! — уже строго сказал профессор и беря со стола мой отчет, добавил. — Если ты будешь делить пациентов на более важных и менее важных, то хорошего лекаря из тебя не получится.

— С чего вы решили, что я хочу стать лекарем? — встав с кресла и скрестив руки на груди, недовольным голосом спросила я.

— Ну, хотя бы с того, что ты единственная написала столь подробный отчет, — сказал мужчина, не отрываясь от моих записей.

— Это еще ничего не значит, — как можно безразличнее, возразила я.

— Рина, у тебя явный талант к анализу симптомов, — проигнорировал мое возражение Хейнрот, дочитывая мой отчет. — И догадаться, что выздоровление случится быстрее, если найти у пациента ментальную причину отвращения и решить ее, не каждый может на третьем курсе.