Книга Няня для девочки в ловушке чудовища, страница 34 – Вера Рудецкая

— Дениз!

Он резко оборачивается. Увидев меня с ребёнком на руках, он делает шаг навстречу, его лицо искажается тревогой.

— Айла! — он поднимает руку, останавливая меня. — Не спускайся. Там стекло. Уйди в комнату!

Я игнорирую его приказ. Я спускаюсь, чувствуя, как хрустят осколки под подошвами моих туфель.

— Это он! — кричу я, указывая свободной рукой на Эмира.

Эмир замирает. Его фальшивая маска озабоченности сползает, обнажая страх.

— Оля, ты в шоке, — говорит он, пытаясь улыбнуться. — Иди наверх, тебе нужно успокоиться…

— Он открыл им дверь! — я смотрю прямо в глаза Дениза. — Я была в библиотеке. Он вырубил дом. Предложил мне с ним бежать.

В холле повисает тишина.

Дениз медленно поворачивает голову к брату. В его взгляде нет удивления. Там только холодная, смертельная пустота.

— Это правда? — голос Дениза тихий, но от него полицейские инстинктивно делают шаг назад.

Эмир пятится, упираясь спиной в стену.

— Она лжёт! — визжит он, теряя самообладание. — Эта девка свихнулась от страха! Я пытался защитить семью!

Дениз делает шаг к нему. Ещё один. Он идёт на брата, как танк, игнорируя офицера полиции, который пытается преградить ему путь.

— Ты впустил убийц в дом, где спала моя дочь, — рычит Дениз.

— Потому что ты сам убийца! — вдруг срывается на крик Эмир. Его лицо краснеет, жилы на шее вздуваются. Страх прорывает плотину. — Это ты во всём виноват! Ты притащил смерть в этот дом!

Эмир тычет пальцем в грудь Дениза, истерично смеясь.

— Это кара, брат! Они пришли за долгом! Ты убил Айше, а теперь строишь из себя святого? Ты убил её, потому что она любила меня! Потому что она хотела уйти от тирана!

Дениз замирает. Он не оправдывается. Он просто стоит, принимая эти обвинения.

Но я чувствую, как Маша в моих руках начинает дрожать. Мелкая, частая дрожь перерастает в конвульсии. Она смотрит на Эмира, который продолжает выкрикивать оскорбления, обвиняя её папу в убийстве мамы.

Она смотрит на Дерью ханым, которая сжалась на диване, закрыв лицо руками.

И вдруг Маша начинает биться.

— Пусти! — мычит она, вырываясь из моих рук.

— Маша, стой! — я пытаюсь её удержать, но это сложно. Даже не сразу понимаю, что она заговорила.

Маленькая фигурка в пижаме с медвежатами бьётся в моих руках.

Её лицо красное от натуги, рот открыт в беззвучном крике.

И тут…

— НЕ ПАПА! — Детский крик разрывает холл.

Все замирают. Полицейские, врачи, Дениз, Эмир.

Дениз смотрит на дочь, не веря своим ушам.

Маша тяжело дышит. Она поворачивается. Поднимает дрожащий палец и указывает на диван. На Дерью ханым.

— Она! — кричит Маша, и из её глаз брызжут слёзы. — Бабушка! Бабушка толкнула маму!

Шок.

Эмир бледнеет, его рот открывается и закрывается, как у рыбы. Полицейские переводят взгляды на старую женщину.

Дерья ханым медленно отнимает руки от лица. Её взгляд, обычно такой властный, сейчас расфокусирован. Она смотрит на внучку, и её губы дрожат.

Под тяжестью правды, озвученной ребёнком, её стальная броня рассыпается в прах.

— Я не хотела… — её шёпот на русском в тишине звучит как гром. — Я не хотела! Она кричала! Она собиралась забрать Мерьем!

Дерья ханым вдруг вскакивает с дивана, её лицо искажено безумием. Она тычет пальцем в сторону Эмира.

— Это всё ты! — визжит она. — Ты! Ты подговорил её! Ты хотел опозорить нас!