Книга Джинн из кофеварки, страница 66 – Леон Монтан

Он изящно щелкнул пальцами.

В воздухе возникла золотая искра, которая должна была расщепить Леру на атомы и отправить её в небытие. Но искра, коснувшись плеча Леры, внезапно превратилась в скучающий синий экран с надписью:«ERROR 404: OBJECT PROTECTED BY STATE REGISTRY».

Сулейман нахмурился. Он щелкнул пальцами еще раз, на этот раз с силой, способной погасить звезду. Вокруг Леры возникло полупрозрачное уведомление:«Доступ запрещен. Объект находится в статусе „Незаменимый сотрудник критически важной инфраструктуры (ФНС №77)“. У вас нет прав на деинсталляцию данной записи. Обратитесь к системному администратору мироздания или в ближайшее МФЦ».

— Что за... — Аль-Абсолют поправил очки. — Почему мои протоколы аннигиляции блокируются бюрократическим фильтром?

— Потому что я вчера оформила бронь через госуслуги как специалист по работе с государственными финансами высокого риска! — торжествующе заявила Лера, хотя сама была в шоке не меньше джинна. — Российская бюрократия — это квантовое поле, дорогой Сулейман. Она плотнее вашей магии.

Сулейман Аль-Абсолют сел на табуретку, которая под его весом жалобно скрипнула, осознав свою ничтожность.

— Дамир... ты видишь это? Ты связался с существом, которое защищено слоем канцеляризмов такой плотности, что даже демиург не рискнет связываться с её документацией. Это не любовь, это — системный сбой.

— Это любовь, Сулейман, — твердо сказал Дамир, подходя к Лере и кладя руку ей на плечо. — Она научила меня, что истинное чудо — это не превратить песок в золото, а дожить до зарплаты, сохранив рассудок. Она — мой якорь в этом хаосе.

Лицо Аль-Абсолюта стало жестким. Туманность в его глазах вспыхнула холодным белым светом. — Любовь между джинном и смертной — это нарушение «термодинамики чудес». Магия — это энергия расширения, а любовь — это энергия сжатия. Ты создаешь черную дыру в бюджете мироздания, Дамир. Ты потребляешь магические ресурсы, чтобы... зачем ты это сделал?!

Сулейман указал на кран в раковине, который Дамир вчера починил, наложив на него заклятие «Вечной Герметичности». — Ты использовал силу древних богов, чтобы прокладка в смесителе не текла?! Это всё равно что использовать адронный коллайдер для колки орехов!

— Зато не капает, — буркнул Дамир.

— Довольно! — Сулейман встал. Его голос теперь звучал как лавина, сходящая с гор. — Дамир ибн-Яхрид, ты обвиняешься в «очеловечивании». Это высшая мера деградации для сущности твоего ранга. Ты предал пламя ради чая с бергамотом. Ты предал бесконечность ради ипотеки.

Он развернул в воздухе свиток, который горел холодным огнем. — Приговор окончательный. Ты лишаешься права на пребывание в этом измерении. Согласно параграфу 8 «Устава Чистого Духа», за попытку интеграции в биологическую среду ты приговариваешься к ссылке в ледяной Асгард. Сектор «Зеро». Там нет огня, там нет интернета, там нет скидок «1+1». Только ты и вечный холод, пока твои мысли не очистятся от этой бытовой скверны.

— Подождите! — закричала Лера. — У него есть права! У него есть договор сожительства! Вы не можете просто так забрать его без решения суда!

— Смертная, я и есть суд, — Сулейман посмотрел на неё с искренним сожалением. — Твои бумажки защищают тебя от исчезновения, но они не могут защитить его от долга перед своим родом. Завтра на рассвете, когда солнце коснется шпиля ближайшей высотки, Дамир будет изъят из этой реальности.