Книга Джинн из кофеварки, страница 38 – Леон Монтан

— ОНА НАПАДАЕТ! — закричал Дамир, забыв про всё на свете. — СМЕРТЕЛЬНАЯ ЛОВУШКА!

Он едва не вынес дверь ванной, пытаясь спастись от «взбесившегося» унитаза. Михалыч лишь спокойно допил остывший чай, который Лера принесла ему в перерыве, и одним точным движением руки вернул поплавок на место. Шум прекратился, наступила тишина.

Дамир стоял в коридоре, тяжело дыша. На его лбу выступил пот — настоящий человеческий пот. — Я… я не готов к этому, Лера. Твой мир слишком жесток. Магия — это логика, пламя — это порядок, но этот бачок… он хаотичен. Он не подчиняется законам вселенной.

Михалыч вышел из ванной, собирая инструменты. — Ну, бывай, Дамирка. Ты парень крепкий, но нервный. Помни: сантехника — это не железо, это дух. Будешь бояться унитаза — он тебя сожрет. Будешь уважать — он тебе прослужит до конца капремонта.

Когда за сантехником закрылась дверь, Лера подошла к Дамиру. Тот сидел на пуфике в прихожей, всё еще сжимая в руке обрывок ФУМ-ленты.

— Ну как? — тихо спросила она. — Почувствовал себя «нормальным мужиком»?

Дамир поднял на неё взгляд. В нем была такая бездна усталости, какой не было даже после битвы с армией Соломона.

— Лера… Я официально заявляю: бухгалтерия — это детские сказки. Магия — это развлечение для скучающих подростков. Настоящий бог в этом мире — Михалыч.

Он посмотрел на свои руки.

— Я намотал ленту. Я коснулся «груши». Я выжил в схватке с китайским силумином. Знаешь… это странное чувство. Это… удовлетворение?

— Это гордость за хорошо выполненную работу, Дамир, — Лера улыбнулась и вытерла ржавчину с его носа. — Пойдем пить кофе. Ты заслужил.

— Только если ты пообещаешь, — Дамир серьезно посмотрел на неё, — что если завтра сломается холодильник… мы просто сожжем его и купим новый. Моя психика не выдержит знакомства с устройством фреонового контура.

— Договорились, — рассмеялась Лера.

Но в глубине души Дамир знал: теперь, проходя мимо унитаза, он будет чувствовать не пренебрежение высшего существа, а осторожное, полное опасения уважение к великой и ужасной арматуре.

Утро понедельника в «ГлобалСтройОпте» началось не с привычного стука калькуляторов, а с бодрого клича нового исполнительного директора, Станислава Игоревича. Станислав был человеком «новой формации»: он носил кроссовки под пиджак, пил смузи из сельдерея и верил, что любую проблему в коллективе можно решить, если заставить людей вместе прыгать через костер или обнимать березы.

— Коллеги! — провозгласил он, лучась неестественным оптимизмом. — Наш KPI падает, синергия на нуле, а ментальное поле офиса отравлено токсичностью уволенного Эдуарда! Мы едем в Подмосковье на «Тропу Волка»! Это экстремальный тимбилдинг. Мы будем спать в палатках, добывать огонь трением и доказывать, что мы — стая!

Лера, тихо сползая под стол, прошептала: — Дамир, скажи мне, что у тебя есть заклинание «Внезапная дизентерия для всего руководства».

Дамир, сидевший на подоконнике, задумчиво рассматривал Станислава. — Я могу сделать так, чтобы у этого глашатая выросла козлиная борода, которая будет петь гимны павшим воинам Ассирии каждый раз, когда он открывает рот. Это нарушит его «синергию»?

— Искусительно, но нет. Придется ехать, и ты едешь со мной.

Суббота. Подмосковный лес встретил десант бухгалтеров и менеджеров по продажам пронизывающим ветром и запахом сырой хвои. Дамир стоял среди сосен, выглядя как античный бог, случайно попавший на распродажу в «Декатлон». На нем был неоново-оранжевый спортивный костюм, который Лера заставила его купить («Чтобы тебя в лесу не пристрелили охотники, приняв за медведя»), и кроссовки со светодиодами, которые вспыхивали при каждом шаге.