Книга Когда Орк слушает Принцессу, страница 24 – Лина Эвери

Потом — Дракмора.

Он сидел рядом, на корточках, и держал в руках миску с чем-то дымящимся. Его лицо было серьёзным, почти хмурым. Жёлтые глаза смотрели на неё с выражением, которого она не могла расшифровать.

— Ты заболела, — сказал он.

— Я заметила, — прохрипела Фелиция.

— Пей.

Он протянул миску. Фелиция попыталась взять её сама — руки тряслись, и горячая жидкость плеснулась на пальцы. Дракмор перехватил миску обратно.

— Не торопись. Я сам.

— Я принцесса… — забормотала Фелиция. — Принцессы не могут болеть.

— Но сейчас ты болеешь.

Он поднёс миску к её губам. Фелиция сделала глоток. Отвар — горький, пахнущий травами и чем-то смолистым. Она поморщилась, но выпила.

— Что это…? — спросила она.

— Лекарство. Знахарка сделала.

— Вкус отвратительный.

— Должно помочь.

Дракмор поставил миску, поправил тряпицу на её лбу. Прикосновение было осторожным — почти невесомым. Железный коготь не касался её кожи, только тыльная сторона ладони.

Фелиция смотрела на его лицо. Шрамы, тёмно-зелёная кожа, тяжёлая челюсть. Он был страшным. И сейчас — самым спокойным существом на свете.

«Странно, — подумала она. — Я совсем не боюсь его».

— Ты должна спать, — сказал Дракмор.

— Не хочу спать.

— Не капризничай.

— Я не капризничаю, — слабо возразила Фелиция. — Я… я просто…

Она не договорила. Слова кончились. Жар снова навалился, утягивая в темноту.

Дракмор сидел рядом и никуда не уходил.

— Упрямая, — сказал он тихо, по-оркски. — Слишком маленькая для такой большой цели.

Фелиция не поняла ни слова.

Фелиция очнулась от того, что кто-то вытирал её лицо.

Влажная ткань скользила по лбу, щекам, шее — приятная прохлада ощутилась на коже. Фелиция лежала не двигаясь, боясь спугнуть это чувство.

— Ты ещё жива? — спросила Агра. Голос рядом, четкий.

— Вроде да, — ответила Фелиция. Её же голос прозвучал слабее, чем хотелось.

— Хорошо.

— А где… где Дракмор?

Раздался смешок.

— Он просидел с тобой целую, а отошел на минуту и ты уже раскапризничалась, — произнесла, слегка издеваясь, Агра.

Фелиция открыла глаза. Агра сидела на корточках, выжимала тряпицу в таз. На лице — лишь хмурая улыбка.

— Целую ночь? — переспросила Фелиция.

— Ага. Ты в бреду говорила всякое.

— Что я говорила? — Фелиция побледнела, хотя куда уж бледнее.

— Называла его по имени. «Драк!», «Драк!». И просила не уходить, — глаза Агры светились довольством — издеваться над принцессой явно было ей по душе.

Фелиция закрыла глаза. Стыд обжёг щёки сильнее жара. Только не это! Чертова болезнь…

— Я бредила, — сказала она сипло.

— Конечно, — Агра усмехнулась. — В бреду обычно говорят то, что думают.

Она неожиданно встала, забрала таз и ушла, успев подмигнув.

Фелиция осталась одна с невыносимым чувством позора. Мало того, что она умудрилась заболеть, так еще и несла всякий бред и даже не помнит его! Хотя, хорошо наверное, что не помнит…

Но факт остается фактом — Дракмор, вожак орков, сидел рядом с ней по ночам. Не потому ли она так крепко спала? И сейчас, хоть жар остался, чувствует себя лучше. Голова не такая тяжелая, дышать легче и она могла бы встать, если бы не куча сваленных тряпок, заменивших одеяло.

Фелиция повернула голову — и увидела рядом лежащий гребень.

Она коснулась волос, провела между ними пальцами — расчесанные, хоть колтуны и остались, но ощущаются они мягкими и даже чистыми.