Книга Хороший братец – мертвый братец, страница 195 – Владимир Медведев

Егор поскользнулся, учуял запах и посветил себе под ноги. Так и есть. Подорвался на мине! Он с ожесточением зашаркал подошвой кроссовки о бурое тряпье на полу. Убить этого Лумумбу мало. Тоже мне, сталкер…

Сталкер отыскался в дальнем углу подвала, в небольшом отсеке с грубо пробитым проломом вместо входа. В отблеске фонаря сверкнули глаза, послышалось тихое мяуканье. Егор повел лучом и… замер. Между ним и Лумумбой, перегораживая проход к пролому, на грязном полу лежал человек. Голова его была повернута в сторону, видны лишь редкие космы на затылке. Егор торопливо погасил фонарик, прислушиваясь. Малый он нехилый, но со взрослым бомжом, пусть даже доходягой, ему не совладать. Он пожалел, что не подобрал по пути что-нибудь увесистое.

Человек пошуршал в темноте и затих. Уснул?

Егор некоторое время прислушивался, а потом зажег фонарь. Бродяга лежал в прежней позе, но теперь на спине у него сидела крыса.

— Эй, мужик! – негромко позвал Егор.

Бомж даже не пошевелился.

— Ф-ф-фи-у-у-у-у-у, – свистнул Егор.

Крыса подняла голову и повела носом, а бомж – хоть бы хны.

Егор поднял валявшуюся у ног кривую железяку и швырнул в крысу. Не попал, а угодил лежащему в плечо. Тот даже не шелохнулся. Крыса спрыгнула на пол и исчезла.

Неужели мертвый?

Больше всего на свете Егору хотелось рвануть наружу, на яркий свет и чистый воздух.

— Кис-кис-кис-кис… Лумумба, иди ко мне.

Кот мяукнул. Он уютно пристроился в углу, подобрав под себя лапы, и не собирался двигаться с места. И никак к нему не подберешься.

Ни за что на свете Егор не решился бы перешагнуть через мертвеца.

Он отошел немного назад, разбежался и, оттолкнувшись ногой как можно дальше от трупа, перепрыгнул через него и влетел в рваный проем. Схватил Лумумбу, повернулся, прижался спиной к стене и посветил на мертвеца. Он старался не смотреть на лицо бродяги и лишь проверял, не шевелится ли тот. Ему чудилось: покойник вот-вот вскочит, а что произойдет потом, он и представить не осмеливался… И пока это не случилось, он отпихнулся от стенки – места для разбега почти не было, – вновь перескочил через мертвого бомжа и с колотящимся сердцем побежал к выходу, не разбирая дороги.

Он поднялся на седьмой этаж, приоткрыл дверь, швырнул кота внутрь и – назад сломя голову, кубарем, да так, что чуть не сшиб соседку, Веронику Карповну. Перечница старая Вороника Кар-Каровна, а попросту – Ворона, завелась с полуоборота:

— Ишь, земля дрожит… Ну куда летишь?

— На волю!

— Волк на воле, да и воет доволе, – крикнула вслед Ворона. – Беги, беги, от своего хвоста не уйдешь…

Но Егор промчался мимо, выскочил из подъезда и рванул коротким путем к троллейбусу – мимо гаражей, в проход между домами, по пустырю, по Ситному тупику, по Погребу – переулку имени Антона Погребельского, где бодался со скинами, – и на остановку…

Успел. Тютелька в тютельку. Кока-Коля со своим штабом – Севой, Децибелом и прочими – стоял возле «Андерграунда». Митяй маячил на заднем плане. Егор не спеша подошел к грандам.

— Что скажешь, Черныш?

Егор протянул Кока-Коле сверток.

— Проверь.

Кока-Коля сноровисто пересчитал бумажки и сунул пачку в карман.

— Все, – сказал Егор. – Расчет.

Повернулся и пошел.

— Погодь, – Кока-Коля придержал его за рукав куртки. – Чего вчера стрелку проколол?