Книга Хороший братец – мертвый братец, страница 193 – Владимир Медведев

— Здоров, Кока-Коля.

Невысокий парнишка едва кивнул в ответ. С виду знаменитый Кока-Коля ничем не отличался от прочих пацанов, если не считать, конечно, столь же знаменитого знака отличия – пластиковой бутылочки с кока-колой, которую он держал словно скипетр.

Кока-Коля отхлебнул из своего пузырька и лениво сунул Егору левую граблю:

— Черныш, что ли?

Эх, Митяй-раздолбай, приволок сюда школьную кликуху.

Егор небрежно шлепнул левой рукой по Колиной ладони.

— Привет, Колян.

Тот смерил Егора взглядом:

— Мало, знать, тебя учили, Черныш.

Егор разом увидел со стороны все свои синяки и ссадины, но сделал усилие и ответил как удалось невозмутимее:

— Сколько надо.

— По рылу видать – мало, – процедил Кока-Коля. – Ох, Черныш, мало…

И потянулся пальцами к лицу Егора.

Егор отпрянул назад.

— Не трухай. Зазря не бьем, – ухмыльнулся Кока-Коля. – Иди поближе. Потолкуем…

Он отхлебнул и сплюнул.

— А чего, Черныш, если такой умный да ученый, решишь задачку?

— Какую?

— Просто за-дач-ку. Или слабó тебе?

— Решит он, решит, – выскочил Митяй.

— А не забздит?

Егор нутром чуял – подлянка. Знаем мы эти задачки. Но напросился – полезай в кузов. И он махнул рукой:

— Давай.

Кока-Коля прищурился и спросил:

— Сколько миллиметров от нас до Москвы?

— Откуда это от нас?! – возмутился Егор. – От Плешки или Химзавода? И докуда в Москве. До кольцевой дороги или до Кремля?

— Сам смотри, Черныш. Сказал, что сможешь, вот и решай.

— Это нельзя решить…

— Не хочешь, как хочешь. Гони бабки.

— За что?!!

— Ну ты даешь! Как «за что»? Я тебя русским языком спросил: «Решишь за дачку?». Ты по-русски-то кумекаешь?

У Егора руки зачесались дать в морду. Но он сдержался:

— Ты меня на базаре заловил.

— Не валяй дурку. Никто тебя за хер не тянул, – сказал Кока-Коля. – Решил бы правильно, получил бы дачку. А ты – обхезался. Так что за тобой должок. Мужик обязан держать слово.

Он повернулся к Митяю:

— Он что у тебя, не мужик? А ты говори-и-ил…

Это был сильный ход. И Егор рухнул.

— Сколько?

— Чирик.

Егор полез в карман, хотя помнил, что червонец, который мама выдала на пирожки, истрачен весь, до цента.

— С собой нет, – неловко выговорил он.

— Какие дела, завтра отдашь, – снисходительно кивнул Кока-Коля, допил последний глоток и уронил бутылочку на асфальт.

Теперь он словно и не замечал Егора, а тот постоял немного, бочком-бочком – в сторонку и похромал домой, чуть не плача. Никак не мог поверить, что лопухнулся так быстро и так глупо.

На следующее утро мама сказала:

— Извини, Егорий, но сегодня кое-кому придется обойтись без карманных средств – я купила тебе новые кроссовки. Старые на ладан дышат. А до получки – семь дней. Будем экономить.

— Мам… мне позарез нужна десятка.

— Это еще зачем?! – вспыхнула мама. – Уж, кажется, и сыт, и одет. Ну а с книжкой, или что ты там хочешь купить, можно и повременить. И без ватрушек как-нибудь протянешь. Не отощаешь. Дам тебе в школу бутерброды.

Егор фыркнул. Блеск! «Кока-Коля, денег нет. Возьмешь хлебом с колбасой?»

Он шагал в школу, сверкая белыми «пумами», и лихорадочно прикидывал, как отдать долг. Будь то вчера, сбежал бы с уроков и насобирал бутылок. Но сегодня в школе какая-то комиссия, и Бацилла предупредила – вызовет именно его. Блеснуть желает. Кинуть ее – западло.