Онлайн книга «Хороший братец – мертвый братец»
|
— Ой беда, ребята! Лом вздрогнул (на миг он забыл даже про липуна) и уставился на мертвяка. Липун неуклюже барахтался и лепетал: — Уносите, уносите меня. Кукуй идет. Вид у него был такой беспомощный, что Сныч торжествующе заорал: — То-то, гад! Заелозил, как вошь на гребешке. — Кукуй… — Ну что кукуй?! Будет тебе сейчас кукуй! — Кончай базлать, – рявкнул Лом. – Срываться надо. Сныч вдруг разом опамятовался и задергался в попытках освободиться. — Пусти! — Ишь ты, пусти его. Ищи потом ветра в поле… Нет уж, что было, то было, а теперь спасайте меня… — А хуху не хухо?! – возопил Сныч. — От кукуя ногами не уйдешь, – проскрежетал липун. – Да и отяжелел я чего-то… На колесах утекать надо. Треск приближался. — Бабай, пусти руку, – сказал Лом. – Я вас вывезу. Не то всем кранты. И тебе, и нам. — Эва как, – плаксиво протянул липун. – И этот туда же… Я отпущу, а ты – за руль и поминай как звали. — Меня! – крикнул Сныч. – Дед, меня отпусти! — Слово даю, – сказал Лом. — На словах-то – что на санях, а вот на деле… – пробубнил липун. — Слово вора – скала. — Ну уж этого не знаю, не знаю… В лесу, совсем недалеко, гулко хрястнуло – словно не ветка сломилась, а целое деревце, и липун торопливо завершил: — Несите меня в машину, там ослобоню. — Поднимай его, Сныч. Они приподняли липуна и поволокли его к раскрытой двери «запорожца». — Побыстрей, миленькие. Ох, догонит он нас… Как ни спешили они, но пришлось Снычу пропустить Лома вперед, чтобы он свободной рукой откинул сиденье, потом попятился боком. — Родненькие, постарайтесь, – стонал липун, тяжким грузом обвисая на руках. Сныч просунулся в открытый проем, проталкивая вперед голову липуна. И Лому вдруг неуместно подумалось: «Глупо! Несем покойника вперед головой». Запихали. Сныч упал сверху на липуна. Лом откинул сиденье, прищемив Снычу ноги, и скакнул за руль. Прогретый мотор завелся с пол-оборота, но распахнутая крышка багажника заслоняла обзор. Лом выскочил из машины, захлопнул крышку и вновь прыгнул на водительское сиденье. «Запорожец» ринулся вперед, смяв колесами тряпье, брошенное на дорогу, но тут перед самым носом машины из глухой стены вплотную подступающего к дороге леса начала стремительно выламываться громадная темная фигура. В ветровое стекло ударила гигантская не то рука, не то лапа… Мелькнули кривые когти размером с финку. Переднее стекло мгновенно заволоклось туманной сеткой трещин и рассыпалось. Лом резко вильнул влево, увернувшись от столкновения, и услышал, как страшные когти проскрежетали вдоль борта, раздирая тонкую жесть. — Батюшки-матушки! Забочит он нас, – всхлипнул липун. Лом выровнял машину и ударил по газам. На миг ему померещилось, что ухабистый проселок залит вспучившейся квашней, в которой вязнут и едва проворачиваются колеса. — Ох, не уйдем. — Проканаем! – крикнул Лом. Молодецкий этот клик отрезвил его самого. Наваждение рассеялось: «запорожец» не буксовал на месте, а бежал вперед, прыгая по колдобинам. — Прорвались! – пробормотал Лом, хотя и понимал: ни хера они пока еще прорвались, и до смертинки, как и прежде, три пердинки. И, словно подтверждая опасения, в спину ему ударил низкий рев, раздавшийся так близко, словно монстр уже просунул голову в машину: — Х-Х-ХРЫ-Ы-Ы-ЫХ ЧЕ-Е-ЕЛО-ОХ-Х-Х-Х… |