Книга Ловушка для сверчков, страница 190 – Владимир Медведев

— Эй, эй! – кричат волкодавы. – Брейк!

Корень бросается вперед разнять, однако Карл успевает больно пнуть Сома в лодыжку, а Сом успевает трахнуть Карла по кумполу, по верхушке шлема.

Корень отпихивает назад Сома, хватает и держит рвущегося в бой Карла.

— Уберите этого гада или я отказываюсь! – кричит Карл.

— Спокойно, герой, – говорит Корень. – Отказа не принимаю. Ты сам согласился. Обещал.

— Я не знал, что этот тоже будет, – кричит Карл.

— Твои личные проблемы. Уговор обязан выполнить.

Подходит Старик.

— Командир, это как-то не по-божески. Хочешь играть – играй, но зачем же над человеком издеваться… Я бы этого, прости господи, игрока от игры отстранил.

— Спасибо за совет, – насмешливо говорит Корень. – Ты не мне, судье советуй.

Судья Никифор Степанович произносит равнодушно:

— Оснований для отставки игрока нет, правила не нарушались, карлик не пострадал, удар по голове был получен в ходе обоюдной схватки. Матч продолжается.

Ни Карл, ни Старик не находят что возразить. Карл возвращается к исходной позиции. Уговор есть уговор.

— Сам ляжешь или опять уронить? – дружески спрашивает Сом.

Карл молча ложится. Сом замирает неподвижно с закрытыми глазами, концентрируясь, как штангист перед взятием веса. Зрители такого поведения не одобряют. Наконец Сом открывает глаза, встряхивает расслабленными руками, передергивает плечами. Сразу видно опытного штангиста-тяжеловеса. Перед тем как нагнуться и ухватить ручки сбруи, бросает взгляд на зрителей. Опа! Никто на него не смотрит, все головы повернуты ко входу в столовую, где, прислонившись к дверному косяку, стоит Хельга.

Масяня, конечно же, донесла об эвакуации Юрганова, о подготовке к молодецкой забаве и обо всем прочем, связанном с предстоящим матчем и готовившимся без спроса, без разрешения хозяйки Арсенала, что подчеркивает ее положение пленницы. Игнорировать? Нет, решает Хельга. Запрещать бесполезно, прятаться позорно, присутствовать, то есть участвовать в плебейском развлечении, недостойно и глупо. Оставалось половинчатое решение. Продемонстрировать, что не намерена притворяться, будто не знает о матче, показаться и тут же уйти. Выказать презрение невербально, всем своим видом. Все поймут послание. В простолюдинах достаточно животного начала, чтобы безошибочно считывать телесные сигналы, как считывают их не только дикие, но и домашние звери.

Челядь вскакивает со стульев, галдя нестройно:

— Хельга Романовна, проходите!

— Хельга Романовна, садитесь!

— Хельга Романовна…

Она хочет тут же уйти, но не может. Ее удерживает вид мерзкого карлика, распластавшегося на брюхе. Хельга не в силах противиться жадному, буквально физическому желанию увидеть, как растопчут уродца, с появления которого начались все ее беды. Плевать на Сома, который приветствует ее едва заметным, то есть непочтительным кивком, он очень сильно об этом пожалеет. Но это потом. А сейчас она должна увидеть…

Сом тем временем ухватывает ручки на спине Карла, глубоко приседает с широко расставленными ногами, как штангист перед подъемом штанги рывком. Резко выдыхает, громко хакает и мощным движением возносит Карла над головой. Затем прогибается, как бы взводя пружину, чтобы метнуть карлика как можно дальше одним слитным движением всего тела, а потому сильно удаляется от оси, проходящей через центр тяжести, теряет равновесие, переступает на месте, шатается, делает шаг в сторону, отклоняется назад, роняет груз и тут же валится на спину, рухнув на Карла всей тушей. Зрители вскакивают с мест.