Книга Мёд горьких трав, страница 89 – Диана Ва-Шаль

Время стиралось. Пробирались долго, осторожно. Миновали сложные участки, вышли на равнинную территорию. До места посадки совсем немного. Еще буквально пятнадцать минут. Вокруг – теплые оранжевые, красные, серо-желтые тона. Ветер с песком и пылью. Белый солнечный диск, остановившийся в зените.

Всё произошло слишком быстро. Михаэль понял, что занес ногу над скрытым детонатором, когда избежать касания уже было невозможно. Секунда, растянувшаяся тысячелетиями. Жизнь перед глазами, молитва Матери и прощение со светом. Но в тот же миг он ощутил сильный толчок в спину и полетел вперед.

А Азалина успела заменить его ногу своей и замереть, зажмурившись и стиснув зубы. Не двигаться. Оттянуть на пару мгновений.

Взгляд Михаэля, полный ужаса. Обернувшийся Роберт. Бросившийся к Макензи Льюис.

— Стой! – Азалина подняла руку, и Кристофер замер, хрипло выдавив короткое "Твою, сука, мать…".

— Всем сохранять спокойствие, – голос Сборта тверд; а Азалина, боясь даже дышать, мысленно заставляла раскачивающее её сердце успокоиться, не пытаться вырваться от страха оборваться навсегда. – Михаэль, медленно на несколько метров назад. Крис, не двигайся, отойди; Роджер, связывайся с базой, вызывай сапера по всем каналам связи…

— Роберт, – произнесла Макензи с трудом, стараясь сохранить хладнокровие, – подожди. Мы с тобой знаем, что это за технология. Не факт, что саперы справятся. К тому же, скоро начнется воздушная опасность. Никто не успеет приехать.

— Прекрати.

— Роберт, – практически взмолилась девушка, и ее взгляд скользнул по замершим побледневшим сослуживцам. – Змейки… Уходите. Вам нужно уходить, – голос вибрировал, но в нём – ледяная решимость.

— Азалина, к черту геройства! – Льюис было сделал ещё один шаг, но девушка в ту же секунду сорвала со своей шеи жетон и бросила его Роберту.

Командир поймал. Сборт поднял на Макензи глаза, полные принятия, сочувствия и гордости. Роджер тем временем помог подняться Михаэлю, на котором лица не было. Даже страшно представить, какую вину он чувствовал.

— Пожалуйста, – прошептала Азалина чуть слышно. – Я не хочу в последнюю секунду думать о том, что случилось и что меня ждёт. Выбор сделан. Никто не может изменить судьбу, – она улыбнулась Михаэлю. – Все хорошо, Боур, у тебя впереди долгий путь. За свои дороги я сполна заслужила отдых. Пожалуйста, не потеряй только свою жизнь глупо. Не потрать ее напрасно, – и вновь обернулась к Роберту. – Отпусти меня, Сборт. Пожалуйста.

И командир, помедлив и сжав крепче её жетон в руке, кивнул.

— Макензи! – девушка обернулась к окликнувшему её Льюису, и горгоновец ударил себя кулаком в грудь, в район сердца, а следующим движением завел руку за спину. – Однажды и до конца. Встретимся. Однажды обязательно встретимся.

Движение повторил Роберт, а за ним – Роджер с Михаэлем. Все четверо отошли на безопасное расстояние, но не отвернулись. Продолжили по стойке смирно стоять, глядя на Азалину.

Время замедлилось.

В сознании мелькали обрывки воспоминаний – и среди бравых побед и горгоновских дней мелькал призрак Дэвида. Полетели картинки перед глазами. Зашипели громче змеи, пополз холод по венам. Смерть – лишь шаг к бессмертию. В мыслях Азалины все были живы. В её воспоминаниях горгоновцы смеялись и травили байки у костра, в её воспоминаниях она засыпала на плече Дэвида. В её воспоминаниях летела целая жизнь… И, закрывая глаза, Азалина почувствовала, как из их уголков покатились горячие слезы. Перевернула на пальце перстень с розовым овальным камнем, стиснула его в ладони. И в последний раз взглянула на командира.