Книга Малинур. Часть 1, страница 114 – Андрей Савин

Кузнецов дал флягу капитану и, сложив ладони, попросил налить в них воды. Освежился.

— Странно, очень странно. Налей-ка ещё. – Он опять сложил ладони, омылся повторно. – А где Миша сейчас, ты с ним связывался? И наши вшивые, кстати?

— Вшивые в бане у какого-то местного, коровьим дерьмом окуриваются. А Мишу мы на заставе застали, я его и послал быстрее в Зонг – организовать дезинсекцию блохариков.

— Я же ему сказал в кишлаке работать. На хрена он на заставу попёрся? – удивился подполковник. – Хотя да, забыл, у него же с рукой что-то. Попросился смотаться туда по-быстрому, там как раз доктор из отряда работает.

— Да нет там никакого доктора, он со вчера ещё на комендатуру убыл, – отреагировал Колесников.

— Да? Ну и хрен с ним. Ладно, давайте посмотрим наш колодец, а то времени совсем мало.

Сдвинули щит. Внутрь опять полез Колесников и только включил миноискатель, как тот сразу заголосил противным писком.

— Всё дно фонит! Металл, причём не железо, какой-то цветной, – возбуждённо сообщил Максим.

Кузнецов и второй капитан переглянулись. Подали сапёрский щуп. Войдя на две трети в спрессованную веками глину, он уткнулся в твёрдую преграду. В других местах дна получили тот же результат.

Колесников вылез:

— Сантиметров сорок до тверди. Будем копать?

Кузнецов взял миноискатель, проверил его работоспособность на железной лопате, автомате и алюминиевой кокарде.

— Работает, – резюмировал он очевидный для всех вывод, подтверждаемый характерным сигналом прибора.

Бывалый капитан молча поднял двухметровый штырь заземления и, с силой метнув в колодец, вогнал его в дно.

— Давайте попробуем вбить. Глина вязкая очень, глубже пары десятков сантиметров проткнуть очень нелегко, словно в преграду утыкаешься. А фонить может порода. Здесь в ней высокое содержание алюминиевых бокситов, да и медные руды очагами залегают. – Он подобрал булыжник поухватистей. – Макс, ну чего сидишь? Держи штырь, руки только береги.

— Да уж, старый воин – мудрый воин. До чего только лень не доведёт, лишь бы не копать, – ухмыльнулся начальник смекалке офицера.

Макс лёг на землю и максимально низко, насколько можно было, двумя руками обхватил штырь, торчащий ниже края колодца. Второй капитан сел, свесил ноги в яму и, подняв булыган над головой, что есть мочи опустил его на торец. Штырь вошёл глубже. Он повторил, и тот, чуть углубившись, вроде бы во что-то упёрся.

Макс встал, так как торец металлического прута ушёл сильно ниже уровня земли:

— Ну и… что дальше?

Все трое стояли над ямой и смотрели вниз, будто ответ скрывался на её дне.

Капитан взял булыжник и в третий раз обеими руками поднял его над головой.

— На, сука! – Разогнав каменюку, он с криком выпустил булыган. Тот, гулко стукнувшись о торец, разлетелся на несколько кусков и скрылся в темноте, а вместе с ним и сам штырь.

Офицеры переглянулись.

— Не понял, – вымолвил Кузнецов, когда, пошерудив в колодце лопатой, не нащупал ею прут, – а куда он делся? – Сергей недоумённо посмотрел на подчинённых: – Фонарь есть? Догадались взять на заставе заряженный?

Капитаны посмотрели друг на друга.

— Так мы до ночи-то не собирались здесь торчать… – вглядываясь в темень дыры, ответил бывалый капитан, присев на корточки. – Давай, Макс, полезай опять, только на кол теперь не сядь. – Он засмеялся.