Книга Бетонное алиби [сборник], страница 164 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Свое мнение Гуров не стал высказывать, однако почувствовал, что тема финансов стоит едва ли не в приоритете у Дениса и не сходит с языка, потому это может служить своего рода рычагом давления.

— Вам есть с чем сравнить подобное?

— Безусловно! Моя жена! Дашулька! Столько лет… — мужчина отвел глаза в сторону, явно задумавшись над числом, которое хотел назвать. Но, поняв, что это бесполезно, чуть замявшись, продолжил: — Столько лет душа в душу! Ей на Восьмое марта пять тюльпанов вручишь — так радости на месяц! Благодарит искренне, еще и стол накроет, а если колечко подаришь — считай, можешь в бар с друзьями спокойно сходить или за город с коллегами смотаться на денек-другой, а вернешься — никто мозг не вынесет, да еще и ужин на столе будет ждать. Вылечит всегда, лекарство нужное подберет, так что денег на врачей уже тратить не нужно. Она у меня умница, всего сама привыкла достигать. В общем, претензии к ней просто равны нулю.

Скептически подняв бровь, полковник, все же не сдержавшись, задал риторический вопрос:

— Жене — пять тюльпанов, а любовнице — дорогие подарки, безлимитная карточка и нагретое местечко в верхах?

Шилов не ответил, но было видно, что собеседник задел его за живое. После замечания Гурова он изменился в лице, стали проскальзывать эмоции ненависти и злости, которые Денис старался скрыть.

— Продолжайте.

— В глазах своих коллег я потерял уважение, многие перестали прислушиваться к моим словам, а выходки Анны и ее инициативные предложения легли тенью и на мою карьеру. Конечно, мне это все было не по нраву, но и рисковать своей семьей я не мог. И… — Он замолчал, словно что-то вспомнил. — Извините, мне необходимо сделать звонок. Я, очевидно, не успеваю на встречу. Предупрежу человека, что придется ему меня немного подождать.

Гуров, прикинув, что впереди у него еще действительно много незакрытых вопросов, которые еще предстоит задать, согласно кивнул. Хозяин квартиры, взяв телефон, ушел в коридор и начал живо вести с кем-то диалог. Какое-то время голос Шилова перемещался по квартире, становился то выше на тон, то замолкал, пока совсем не стих. Внезапно опер услышал, что тишина затянулась, а потом хлопнула дверь.

Желая схватить преступника, полковник сам оказался пойман в ловушку, причем в нее он угодил добровольно. Три щелчка закрывающегося металлического замка поставили многоточие в так и не состоявшемся допросе…

Выбивать прочную входную дверь плечом, конечно, было бы неразумно, однако попробовать стоило, как и устроить поиск запасного комплекта ключей, однако обе попытки оказались обречены на провал. Оперативная группа, получившая необходимые вводные данные, уже была отправлена на перехват Шилова, а Гуров в это время не был столь опечален сложившимися обстоятельствами. В конце концов, как только на пороге своего дома Шилов увидел полковника, до того выверенный план Дениса Николаевича дал трещину, приведя его к рассеянности и невнимательности, которые оперу были только на руку.

— Нужно внимательнее следить за своими вещами, гражданин Шилов, — раздалось в пустой квартире.

Когда Денис Николаевич, полностью погруженный в поток воспоминаний о былой любви, вел рассказ, то не обратил внимания на то, что Гуров задвинул стул с лежащей на нем сумкой ближе к обеденному столу. Полковника мучали сомнения: либо сумка Шилову не важна, потому он решил не размениваться на нее и ретироваться, сбросив балласт, либо из-за рассеянности сбежавший позабыл о важном элементе, который держал в руках, когда только намеревался выйти из дома до встречи с Гуровым.