Книга Восхождение Плотника. Том 1, страница 40 – Антон Панарин

Кусочек бархатистого, изумрудно-зелёного мха, снял аккуратно с валежника. Срезал берёзовую кору, белую с чёрными штрихами. Взял немного сосновой, рыжевато-коричневой. Несколько веточек лишайника, пара жёлтых листьев, сохранивших цвет и горсть шишек.

Всё это я складывал в подол рубахи, мысленно уже выстраивая композицию. По центру река из прозрачной слизи между двумя обожжёнными досками, острова мха, вкрапления коры, камешки на дне, как в настоящем лесном ручье. Точно! Нужны камешки. Я добежал до ручья и вспомнил зачем вообще пришел в лес. А точнее урчащий живот напомнил мне о цели визита.

Я же пришел чтобы расставить ловушки. Нормальные, работающие ловушки, которые будут добывать еду, пока я занимаюсь другими делами. Принцип разделения труда, как говорил наш преподаватель экономики в институте, основа любой эффективной деятельности. Правда, он имел в виду строительные бригады, а не охоту на диких кроликов в средневековом лесу, но суть от этого не менялась.

Что я знаю о ловушках? Ну, строго говоря, немного. Я архитектор, а не охотник. Зато я прекрасно разбираюсь в механике, нагрузках, рычагах, упругих элементах и принципах срабатывания спусковых механизмов. А ловушка это, по сути, простейшее инженерное устройство: триггер, накопитель энергии, исполнительный механизм. Ничего сложного, если подумать.

У меня есть топор, нож и лес вокруг. Молодые деревца, которые можно использовать как пружины, ветви плакучей ивы вместо верёвок. В общем, всё что нужно у меня имеется.

Первым делом я решил сделать силок, простейшую петлевую ловушку. Принцип элементарный: петля из гибкого материала лежит на тропе, зверь суёт туда голову или лапу, петля затягивается. Дёшево и сердито, как говорил прораб Семёныч, когда предлагал клиентам линолеум вместо паркета.

Для петли нужна верёвка. Верёвки нет. Значит, нужно её сделать.

Я огляделся и заприметил молодую липу на краю поляны. Липовое лыко это прочный внутренний слой коры, классический материал для плетения. Это я узнал своей первой жизни, когда изучал технологии древнерусского строительства. Лыко использовали для всего: от обвязки стропил до плетения лаптей. Прочное, гибкое, доступное. Идеальный материал для человека, у которого нет вообще ничего.

Подойдя к липе, я сделал ножом продольный надрез на коре и начал отдирать длинные полосы луба. Работа шла медленно, пальцы в перчатках слушались плохо, а каждые три минуты меня скручивал кашель, от которого темнело в глазах и подкашивались ноги. Но через полчаса у меня была приличная охапка лыковых полос, каждая длиной примерно в полтора метра и шириной в палец.

Теперь нужно было скрутить из них подобие верёвки. Я взял три полосы, связал концы и начал свивать, перекручивая каждую прядь по часовой стрелке, а общий жгут против. Получившийся шнур был грубоват на вид, но достаточно прочен для того, чтобы удержать мелкую дичь.

Сделав какую никакую верёвку, я направился на звук журчащей воды. В лесу было тихо и звук слышался довольно отчётливо с большого расстояния. Пройдя сотню метров я заметил утоптанную тропку в траве, кучки мелких катышков помёта и обгрызенные побеги молодого кустарника.

Я конечно не специалист, но кажется здесь регулярно ходили зайцы, это очевидно даже для человека с моим охотничьим опытом, то есть с нулевым. Тропка вела от зарослей к ручью и обратно, петляя между камнями.