Книга Закон треснувшего корешка, страница 180 – Анастасия Шелест

Что со мной происходит? Тело цепенеет, и пальцы немеют. В носу неприятно колет, и каждый вдох дается труднее. В легкие словно песка насыпали.

— Зачем ты мне все это говоришь? – выпаливаю я, зажмурившись. Я не могу и дальше слушать рассказы тетки.

Она переводит на меня взгляд, и острые черты ее лица наконец-то смягчаются. Диана выдавливает улыбку, но от тоски в ее взгляде сжимается сердце.

— Хочу, чтобы ты поняла. Никто из нас не застрахован от ошибок, но я искренне верила, что поступаю тебе во благо. – Она порывисто подносит руку к лицу, но тут же опускает. – Я не прошу простить меня, но хотя бы попытайся понять.

В горле застревает ком, и я медленно выдыхаю. Это нечестно. Неужели нельзя дать мне немного времени позлиться? Совсем чуть-чуть, чтобы эмоции улеглись и мысли сложились в цельную картинку. Подождать более подходящий для разговора момент, чтобы хотя бы мир под ногами перестал шататься?

— Все нормально. – Я заставляю себя кивнуть. – Я привыкну к этим мыслям.

Будто семья впервые обходится со мной несправедливо. Нельзя обижаться на людей за то, какие они есть. Тетку не исправить.

Диана прикрывает глаза, выпустив из груди рваный выдох. Длинные пальцы вздрагивают, и она быстро сжимает в них ложку, размешивая кофе, хотя я знаю, что она пьет его без сахара.

Надеюсь, хотя бы ей стало легче, потому что я не имею ни малейшего представления, что делать со всей этой информацией. Берт наверняка просто с ума сойдет. Я расскажу ему первому, и мы вместе придумаем, что все это значит.

Отбросив необходимость думать обо всем этом здесь и сейчас, я облегченно выдыхаю и вгрызаюсь в круассан. Мрачная тяжесть постепенно расступается, но напряженный голос тетки все портит:

— Есть еще кое-что, дорогая. Хочу, чтобы ты это понимала… – Убедившись, что я ее слушаю, Диана поправляет выбившийся на лицо локон и неестественно спокойно поясняет: – То, что мы сейчас делаем, – жалкая попытка оттянуть неизбежное. Я знаю Артура слишком хорошо. Он всегда добивается своего. Он ни за что меня не отпустит. Не после того, что я сделала.

Только что появившийся аппетит растворяется, и я раздраженно откладываю круассан, отряхивая пальцы от сахарной пудры.

Почему тетке обязательно нужно все усложнить? Неужели нельзя поговорить об этом потом? Мы вернемся в Академию, и все вместе придумаем решение.

Ее смирение ни к чему. Даже если она и знала Артура, это было давно. Все изменилось. Если Диана права, то и у меня нет шансов, и рано или поздно я окажусь в Организации. Меня это не устраивает. Мириться с таким я не готова.

Сведя брови, я напряженно наклоняюсь над столом, облизнувшись:

— А что ты сделала?

Не поверю, что Диана не ожидала этого вопроса, но она нервно дергает уголком рта. Ее пальцы вцепляются в салфетку и сжимают ее, и спокойная маска на мгновение слетает с лица.

— О, – натянуто выдыхает тетка, пока ее взгляд мечется от моего лица к окну и обратно. – Я его предала.

Восхитительный ответ. Я раздраженно морщусь, но спросить о деталях не успеваю.

Колокольчик над дверью предупреждающе взвизгивает. Диана оборачивается. Я поднимаю голову. В дверях появляется целая толпа людей. Они осматриваются, и, стоит нашим взглядам пересечься, как меня дергают за руку, утягивая на пол.

Столик взрывается, осыпаясь щепками. Я прикрываю голову руками, но незримый барьер и так защищает меня.