Книга Развод. (не) просто жить дальше, страница 7 – Алиса Верди

Но большинство женщин и с этим не справляются.

Ты гладишь ему шнурки, варишь борщи, спрашиваешь, "поел ли он" — и искренне ждешь за это восхищения?

Спойлер: в ответ ты услышишь не "Моя королева, поехали за шубкой", а "Чего так грязно? Чем ты вообще весь день занималась?"

Мужчина не влюбляется в комфорт.

Мужчина влюбляется в мечту.

И твоя задача — стать мечтой, а не кастрюлькой на ножках.

Перестань его обслуживать.

Начни им управлять.

#не_будь_удобной #будь_мечтой #сними_фартук_надень_корону #не_будь_мамочкой #сила_женщины #урок_для_принцесс

* * *

Он застывает.

Лицо каменное. Смотрит куда-то сквозь меня, будто пытается осознать, что я вообще сейчас сказала.

А потом медленно поворачивается, усмехается и качает головой. Мол, все ясно. Понял тебя, Настя. Опять ты за свое.

— Только давай без этих твоих игр. Без надутых губ и молчания в три этажа. Скажи уже, что хочешь сказать.

Я пожимаю плечами.

— Удивлена, что ты еще не сказал за меня.

— Думаешь, ты крутая теперь? — хмыкает он. — Потому что не закатила истерику? Поверь, не ты первая, кто ледышку строит.

Я молчу. Чего ему отвечать-то?

— Только не надо смотреть на меня вот так, — его голос становится раздраженным. — Как будто я котенка твоего любимого задавил. Я тебя не бил, не бросал. Я просто устал. Такое вообще-то бывает. Или ты серьезно думала, что так будет вечно? Что я вот так и сдохну на твоем борще?

— Я так понимаю, что я и мой борщ стали тебя раздражать после появления той девицы? — уточняю я, невольно сжимая кулаки.

Что-то раньше он особо не жаловался.

Он оскаливается.

— Та "девица", как ты выразилась, здесь совершенно ни при чем! Ее появление — просто следствие. Дело в тебе, Настя. Это ты меня бесишь! Дело именно в тебе!

Горло перехватывает, аж дышать больно.

— И чем же я так тебя бешу?

— Ты контролируешь все: поел, не поел, выпил ли таблетки, надел ли шарф! Как будто я без тебя сдохну. Я тебе кто? Муж или ребенок?

— Я просто думала, что если человек тебе важен…

— Да ты достала, Настя! — он уже почти орет. — Я взрослый мужик! А не сын Насти Ивановны! Я хочу, чтобы мне завидовали, что у меня шикарная красавица-жена! А ты не жена, дорогая, ты курица-наседка. Удушающая!

Слов нет. Воздуха нет. Только тупая боль, которая застряла где-то в районе солнечного сплетения.

— И знаешь, что хуже всего? — он подходит ближе, чуть ли не тычет пальцем. — Ты вечно прикидывалась, что якобы заботишься. Любишь, переживаешь, святая Настя! А на деле — просто душила меня.

Гляжу на него, глаза щиплет.

— Да. Душила. Напоминала про таблетки, гладила рубашки, проверяла, поел ли ты. Знаешь почему? Потому что мне было не все равно!

— А мне все равно! — вдруг срывается он. — Да, Настя! Мне было все равно! Мне плевать, что ты там гладила! Плевать, что ты себе придумала какую-то картинку идеальной жены!

Я отступаю на шаг, удар ловлю всем телом. И не понимаю, что болит сильнее — сердце, горло или гордость.

А он продолжает, будто вошел во вкус:

— Но я молчал. Просто делал вид, что все ок. Потому что ты не вынесешь правды. Потому что "бедная Настенька" сразу развалится, если ей сказать, что она не интересна даже собственному мужу!

В ушах гудит, а перед глазами все плывет. Воздуха не хватает.

Хочется разрыдаться. Но я не плачу.