Книга Зверь без сердца, страница 81 – Наталья Буланова

— Сюда только чистым и в чистой одежде.

Из его груди вырывается рычание – не злое, а низкое и вибрирующее, почти мурлыкающее. Заигрывающее. И от этого звука у меня перехватывает дыхание, а по щекам разливается жар.

Он играет со мной на каком-то новом уровне.

И самое ужасное? Глубоко внутри мне это нравится.

Этот немой диалог, эта власть над ним через его же инстинкты. Это более пугающее, чем его ярость, потому что в его глазах я вижу не просто голод. Я вижу признание.

Вижу собственника, которому настолько понравилась моя еда, что он хочет меня поработить.

Как родители.

И пока я захожу на свою территорию, на свою кухню, а этот могучий альфа замирает на пороге, подчиняясь моему правилу, я понимаю: мы оба сошли с ума.

Нужно бежать, как я уже однажды бежала из родного дома.

Александр

Пока жду, стараюсь отвлечься на что угодно. Детали, интерьер, цвета, звуки и ароматы – все, что может хоть как-то заякорить меня в нормальном состоянии. Вернуть самообладание.

Потому что я слишком остро чувствую, как меняется ее настроение. Будто тонко настроен на Алису так, что по мне ударяет любой ее хмурый взгляд.

Что за ерунда? Что происходит со мной? Что с ней?

Ее словно в ледяную воду окунули. Она смотрит на меня так, словно я ее обидел. И мне до хруста в суставах хочется стиснуть Алису в объятиях, закружить, заставить смеяться.

И я готов это сделать, если бы это помогло, а не оттолкнуло ее от меня.

Сбрендил.

Стою за очерченной ею невидимой чертой в моем же клане, на моей же территории, как послушный пес.

И не пересеку ее – знаю точно.

Я резко оборачиваюсь, буквально заставляю себя рассматривать столы и стулья, чтобы выцепить себя из глубины. И наконец-то вижу их.

Они выглядят как пациенты хирургического отделения. Подлатанные, перебинтованные, с укрепляющими приспособлениями. Им место на помойке, а не в столовой клана.

Видно, что ребята старались починить и усилить конструкцию как могли, но старая мебель, рассчитанная на хлипких человеческих подростков, явно с трудом могла выдержать вес обычного оборотня.

— Почему не купила новые столы и стулья? – цепляюсь я за эту мысль.

Алиса замирает с тарелкой в руках и смотрит на меня:

— Они в порядке.

— Они не в порядке.

Как я. Я тоже не в порядке.

Меня привел сюда не ее запах, а запах приготовленной ей пищи, помноженный на голод конкурентов.

Я не мог позволить виться вокруг нее другим. И в тот момент, когда зверь потащил меня к ней, я точно не был опьянен ее ароматом.

Мне хочется, как раненому животному, забиться в безопасное место и подумать, что делать дальше, но мои инстинкты не дают отвести взгляд от Алисы.

— Зачем тратиться, когда можно посидеть на этих? Это же не ресторан. Тут все свои. – Она акцентирует тоном внимание на последнем слове.

Я слежу за тем, как она накладывает внушительную порцию в большую тарелку и хмуро поглядывает на меня.

— Когда лишаешь себя лучшего, душа плесневеет. Нельзя жить на помойке, нельзя питаться, сидя на поломанной мебели. Это все равно что жрать просрочку.

Алиса со стуком ставит тарелку на стол, вытягивает руки вдоль тела и дарит мне такой тяжелый взгляд, что я на миг не знаю, как реагировать.

Что я такого сказал? Почему ее это так задевает?

Ее глаза, еще секунду назад наполненные легкой обидой, вспыхивают зеленым огнем злости. Кажется, воздух трещит от напряжения.