Книга Системный целитель 3, страница 10 – Алексей Ковтунов

Он помнил, как тащил своё творение наверх, как усаживал его в кресло, придавал позу мыслителя, и как отступал на несколько шагов, любуясь результатом своей работы. В тусклом свете аварийного освещения всё это выглядело на удивление правдоподобно и даже почти естественно.

Он помнил, как поднимался на сцену, устанавливал декорации для завтрашнего представления, которое должно было состояться в понедельник вечером, и как подкручивал свет, направляя прожектора так, чтобы зрительный зал оставался в полумраке. В общем, обычные приготовления к спектаклю, и всё это Виталий мог сделать даже будучи в бессознательном состоянии.

Утром Виталий Романович проснулся в своём кабинете, лёжа на диване, который много лет служил ему местом для отдыха в особо тяжёлые дни, и несколько минут пытался понять, где он находится и что вообще произошло.

Голова раскалывалась, во рту было ощущение, словно он всю ночь жевал старые газеты, которые перед употреблением использовали в качестве замены туалетной бумаги.

Всё тело ныло и протестовало против любого движения. Память медленно, кусочками, начала возвращать события вчерашнего вечера, и с каждым новым воспоминанием Виталию Романовичу становилось всё хуже и хуже, потому что он понимал, что натворил.

Телефон в кармане снова завибрировал, и на этот раз Виталий Романович ответил. Всё-таки игнорировать звонки директора больше не имело смысла, слишком многое уже произошло, и отступать было некуда.

— Виталий Романович, — голос Петра Ивановича звучал устало и разочарованно, словно он уже знал всё, что собирался услышать, — касса пропала. Вы случайно не в курсе, где она может находиться?

— Пётр Иванович… я… это… — начал он, но слова застревали в горле. — мысли метались у него в голове, но отговорку надо придумать как можно скорее.

— И где вы вообще были всё воскресенье? — продолжал директор, — я не мог до вас дозвониться. Виталий Романович, что происходит?

— В театре, — выдавил из себя заместитель директора, — готовил сцену к спектаклю.

— В воскресенье вечером? — в голосе Петра Ивановича прозвучало недоверие, — вы никогда не работали по воскресеньям. Виталий Романович, мне нужно, чтобы вы были честны со мной. Касса пропала ещё в субботу вечером. Её взяли вы?

В воздухе повисла тяжёлая пауза, а Виталий старательно пытался выдавить из себя хоть какое-то оправдание.

— Да, — наконец признался Виталий Романович, потому что врать уже не было сил, — я взял кассу. Но потратил часть средств во благо театра! — ляпнул он, понимая, что таким образом лишь немного оттягивает неизбежное.

Пётр Иванович тяжело вздохнул на том конце провода.

— Ладно, я понял, о чем вы… Это вы наняли того актера, да?

— Эмм… — протянул Виталий, — Ну да, а кто ж еще? — он совершенно не понимал, о чем идет речь, но решил подыграть.

— На репетиции он показал себя как специалист высочайшего уровня! — воскликнул директор, — Какая актерская игра, какая глубокая проработка роли! Я никогда в вас не сомневался, Виталий Романович. Не думал, что потратить кассу можно настолько талантливым образом! Вы же будете присутствовать на вечернем спектакле?

— Ну… Эээ… Да, конечно буду…