Книга Путь Строителя 10, страница 15 – Алексей Ковтунов

Он вернулся на прежнее место и сел, от чего пол отозвался глухим гулом, а мальчишки подпрыгнули на шкурах. Младший приоткрыл один глаз, убедился, что ничего страшного не произошло, и засопел дальше.

Дагна поставила перед ним глиняную тарелку с печеной картошкой. Четыре крупных картофелины с потрескавшейся румяной кожурой и белыми разломами, из которых валил пар. На каждой поблескивали крупинки соли и чуть заметный масляный след.

Больд взял одну картошку, подержал в пальцах и задумчиво подул. Потом откусил половину и стал медленно жевать, уставившись на топор в стене, и на лице у него ничего не отразилось, потому что когда Больд злится по-настоящему, он молчит. Хохочет и ломает он постоянно, а вот молчит крайне редко, и Дагна это знала лучше всех.

Она села рядом, подвинула тарелку поближе к нему и сложила руки на коленях. Не утешала и не гладила, просто сидела рядом и ждала, когда доест, а потом, если понадобится, испечет еще. Картошки в погребе достаточно, у Больда своя норма питания и потому никто не стал принимать у него взносы в общий склад.

Так что если придется кормить его до утра, значит, будет кормить до утра, потому что задание Гундара не обсуждается, а обсуждать его и нечего. Командир был краток: любой ценой не выпускать, пока бой не кончится. Только если станет совсем плохо, если деревне уже нечего терять, тогда можно отпустить, и пусть рушит все, что попадется на пути, свое ли, чужое, уже без разницы.

Дагна надеялась, что до этого не дойдет.

Больд доел первую картошку и потянулся за второй, и Дагна чуть заметно выдохнула. Бой за стенами не утихал, но здесь, в тесной полутемной комнате, было пока тихо. Топор блестел в стене, дети сопели на шкурах, а великан ел картошку и молчал, и Дагне оставалось только сидеть рядом и следить за тем, чтобы тарелка не опустела раньше, чем закончится бой.

* * *

Бараны кончились довольно быстро. Последние два вкатились в сеть и запутались, даже не успев толком раскрутиться, и Герт с таким азартом потянул бредень, что едва не свалился с перемычки. Нирт поймал его за шиворот, буркнул что-то нелестное про рыбацкое рвение и пристроил рядом с собой, подальше от края.

— Да погоди ты, там еще подсвинок попался! — возмущался тот, и действительно, помимо баранов попался еще один неожиданный экземпляр.

Собственно, к воротам теперь ломилось все остальное. Волки, кабаны, какие-то приземистые лохматые твари, которых я даже опознать не берусь, и все они сбились в плотную кучу у ворот и давили друг друга, пытаясь протиснуться поближе к бревнам. Грызлись между собой, лезли по тушам застрявших и создавали такую давку, что отдельные звери просто не могли пошевелиться и стояли зажатые с обеих сторон.

Только толку от этого давления никакого, ворота держат, бревна целы, а шипы на шиполисте начали потихоньку отрастать. Пока с ладонь длиной, не больше, и до прежних размеров им далеко, но процесс идет.

Руны работают, восстановители тянут Основу из поглотителей, и бревна медленно залечивают оставленные баранами трещины и вмятины. Расколотый почти до основания столб прямо на моих глазах чуть-чуть сросся, и тонкая щель затянулась свежей древесиной. Красиво, и от этого зрелища на душе делается заметно легче.

Лучники палили со стен не переставая, и делали это в удовольствие. Целиться тут ни к чему, внизу такая плотная толпа зверья, что промахнуться можно только нарочно. Натянул тетиву, выпустил стрелу куда-нибудь туда, главное не сюда, и всё. Вот, собственно, весь навык, который от них требуется.