Книга Путь Строителя 7, страница 113 – Алексей Ковтунов

Темнело быстро, и к тому моменту, когда солнце окончательно спряталось, мы успели поднять стенки горна на нужную высоту и заложить оба проема под воздуховоды. Конструкция получалась приземистая и ладная, внутри уже обрисовывается топка, осталось только обложить ее клинкером, снаружи обычная кирпичная кладка, а а дальше кое-где буду устанавливать кирпичи из големовой глины для придания горну новых свойств.

Продолжать при свете лампы смысла нет, кладка требует точности, а не героизма, так что горн подождет до завтра. Да и клинкер тот же, и големовы кирпичи будут только к утру, сейчас лежат и пышут жаром на дне обжиговой ямы. А вот кое-что другое ждать не обязано.

Пока Дагна убирала инструмент, я огляделся в поисках подходящей палки. Нашел обрезок жерди нужного диаметра, примерно в пять сантиметров толщиной, и обмазал его пеком погуще, чтобы глина потом не прилипла намертво. Взял из запасов под навесом кусок големовой глины, размял в руках, раскатал в длинную полосу и начал наматывать на палку спиралью, виток за витком, плотно прижимая каждый к предыдущему.

— Это ты что делаешь? — Дагна подошла и присела рядом, наблюдая за процессом. — А, трубки для воздуховода, да?

— Ага, — кивнул, продолжая разминать и разглаживать стыки между витками. Работа нудная, пальцы устают, но результат того стоит, потому что цельная трубка из големовой глины выдержит температуры, при которых что-либо другое расплавится и испарится.

Разгладил, подровнял, пропустил немного Основы через стенки, чтобы глина уплотнилась, и отложил первую заготовку сохнуть. Принялся за вторую, и пока возился, начало приходить ощущение, что процесс отработан и руки запомнили каждое движение. Вторая получилась быстрее и ровнее, и когда обе трубки лежали рядом, я позволил себе наконец улыбнуться. Каждая длиной сантиметров по пятьдесят, стенки толщиной в палец, и на одном конце каждой сделал небольшое расширение, раструб, куда потом вставится другая трубка.

— А выходы наружу выведем и обложим кирпичом, — показал Дагне на кладку горна. — Так можно будет потом дорабатывать конструкцию, менять трубки, подключать что-нибудь новое, и при этом не разбирать весь горн. Только палку вот эту не теряй, пригодится еще

Дагна кивнула и молча пошла готовить яму для обжига, ждать пока заготовки подсохнут. А я подумал, что раз уж руки в глине и Основа пока позволяет, грех не воспользоваться. Первым делом нанес накопители и восстановители на трубках, установил соединение между ними и снова положил сушиться.

После взял остатки големовой глины, слепил девять кирпичей, один за другим, на каждый уходило минут по десять. Достал нить волосянки, натянул между двух колышков и разрезал каждый кирпич на клинкеры, примеряя к нужному размеру. Волосянка входила в глину как в масло, срез получался ровный и чистый.

Выжигание рун Дагну, как ни странно, не испугало. Она вернулась от ямы и устроилась рядом, подперев подбородок кулаком, и смотрела на процесс не отрываясь. Линии на глине вспыхивали и гасли, оставляя после себя четкий узор, и в тусклом свете масляной лампы это, наверное, выглядело занятно. Ну или пугающе, но Дагна из тех людей, которых огонь скорее притягивает, чем отталкивает.

Когда закончил с последним клинкером, посмотрел на небо и понял, что время давно перевалило за полночь. Руки гудят, Основы осталось единиц шесть, но зато готово двадцать семь клинкерных пластин и два отрезка трубы, и завтра все это пойдет в дело.