Книга Идеальный мир для Демонолога 12, страница 112 – Олег Сапфир, Алексей Ковтунов

Собственно, прямо сейчас эти разрешения раздают всем, кто находится в этой комнате. В том числе и мне, разумеется. Вскоре ответственный зачитал заклинание, нас поставили в круг и я получил все магические пароли от защиты мира. Ну всё, держитесь теперь. Хотя перья надвигающейся бурей все равно сдует, в этом можно не сомневаться.

После выдачи разрешений нас запихнули в портал, а на той стороне уже встречали серафимы с плетками. Пока я переместился, первых гостей уже успели хорошенько отделать, но когда очередь дошла до меня, мы с серафимом встретились взглядами.

— Ну ладно, не очень-то и хотелось… — промямлил он и втянул шею, — Проходи…

После избиения, нас собрали в кучу и потащили куда-то в подвалы белоснежного дворца. Впрочем, мы в этом дворце и появились изначально, так что путь занял всего минут пять.

Привели в комнату, обрисовали в двух словах, что теперь мы послужим на благо народа серафимов. Скоро будет праздник какого-то там великого серафима и нас пустят на жертвенный ритуал. Мол, кровь нужна, а она есть внутри нас и надо будет ее извлечь.

— Да-да, это всё наверное потому, что вы светлая раса и всегда делаете добро? — я держался до последнего, но все равно промолчать не смог. — Поэтому нужен ритуал с жертвоприношениями, верно?

— А ну молчать! — рыкнул пернатый, — Мы добро! Свет!

— Так кто ж спорит? — развел я руками, — Чистейшее добро, добрее некуда!

Но зато теперь понятно, откуда растут ноги у последних новостей. Я еще не верил, что в Новой империи закрылись почти все тюрьмы, но сейчас все встало на свои места. Правда раньше были предположения, что новосы отправляют заключенных на войну или же просто отпускают, чтобы сэкономить на их содержании. Но все оказалось куда проще, их просто продают серафимам в омен на какие-то услуги.

После вступительной лекции нас разделили и отправили в камеры. Как и все внутри, камеры оказались белоснежными и очень светлыми. Один заключенный помочился на стену и за это его тут же избили дубинами. Мол, нельзя портить стены нашего чистого светлого города.

— Так некуда поссать, вот мне и пришлось! — возмутился бедолага.

— Мне плевать! Это запрещено! — надзирателей это волновало в последнюю очередь. Впрочем, в этом и есть суть серафимов. Они очень любят создавать невыполнимые правила, а затем наказывать за их невыполнение. Добро, чего уж. Тут и добавить нечего.

Подождал, пока толпа серафимов удалится восвояси и останется один надзиратель, после чего решил поговорить со своими сокамерниками.

— Мужики, вопрос на засыпку, — обратился я к ним, — Карандаша, маркера, уголька или чего-то такого случайно нет с собой?

Рембо тут нет, да и у меня самого сил заметно поубавилось. Сказывается гнетущая атмосфера серафимьего мира, творить магию тут совершенно неприятно. Впрочем, неприятно — не значит невозможно, потому решил сразу заняться делом.

— У меня краски есть! — воскликнул из угла побитый мужичок в пестрых одеждах.

— Даже не хочу знать, как и зачем ты их сюда протащил, но…

— Так я художник! — возмутился он, — Просто не ту картину нарисовал, вот и оказался здесь…

— Ну что, давай тогда меняться? — предложил ему, — Ты мне краски, а я… Что бы тебе хотелось?

— А что у тебя есть? — заинтересовался он.

— Ничего, — развел я руками, — но, может, ты что-то хочешь?