Книга Ветеран хаоса, страница 30 – Алексей Ковтунов

— У старого кишка тонка, — усмехнулся первый. — Не осмелится даже дернуться.

Второй просто заржал в ответ, поправляя кастет на кулаке. Металл тускло блеснул в свете масляных ламп.

Они спокойно шли ко мне, не ожидая никакого сопротивления. Подумаешь, дед с железкой. Что он может сделать? Махнуть разок для острастки и сдаться?

Свист!

Самый кончик клинка просвистел прямо перед лицом первого здоровяка. Рассек воздух в миллиметре от его носа и оставил глубокий порез на щеке — от скулы до подбородка. Кровь хлынула мгновенно, потекла по шее, закапала на кожаную куртку.

— Еще шаг, и отрублю голову, — холодно процедил я, глядя ему прямо в глаза.

И это была не пустая угроза. Убивать мне не впервой, духа на это хватит. Да и сил, скорее всего, тоже, рука еще помнит, как правильно бить, а шашка острая, сама режет. Один точный удар, и покатится башка по полу.

Но не хотелось бы плодить проблемы на ровном месте. Если убить этих утырков, за ними придут новые, и будут приходить до тех пор, пока не добьются своего. Кто их знает, эти дома… Местные законы пока не изучал в достаточной мере, но сдается мне, что дом Вальтеров сразу сможет объявить дому Клинцовых войну. Причем вполне официально, с полным правом на месть.

И если к этой стычке я вполне готов, то насчет полноценной войны есть сомнения. Трое верных слуг, развалившийся дом, куча долгов и дряхлое тело всё-таки не самый лучший набор для противостояния влиятельному и богатому дому.

Эх, пулемет бы сюда. Вот тогда бы пошел совсем другой разговор.

Здоровяк тем временем стоял, хлопал глазами и не мог поверить в то, что я рассек ему щеку. Рука сама потянулась к лицу, пальцы коснулись раны, и он уставился на кровь с каким-то детским изумлением. Словно впервые в жизни увидел собственную кровь.

Осмелился дать отпор. Значит, и в следующий раз вполне может перейти от слов к делу и ударить шашкой взаправду. Эта мысль явно читалась на его тупом лице.

Но второй бугай решил все же попытаться. Пока я смотрел на первого, он незаметно отошел в сторону и начал обходить меня по дуге. Думал, наверное, что старик не заметит. Собрался напасть со спины — классика жанра.

Вот только я прекрасно слышал каждый его шаг. Половицы скрипели под тяжелыми ботинками, дыхание участилось от волнения, кожанка шуршала при каждом движении. В тишине ночного дома все это звучало как оркестр.

Уже приготовился резко развернуться и нанести смертельный удар. Как и предупреждал, отрубить голову. Пусть потом разбираются, кто первый начал.

Но тут послышался щелчок.

Характерный такой, металлический. Звук взводимого курка.

— Господа.

Спокойный голос дворецкого раздался откуда-то сбоку. Обернувшись, все увидели Петра Семеновича с пистолем в руках. Старинная по моим меркам штука, с длинным стволом и резной рукоятью, но от этого не менее смертоносная. Дуло смотрело прямо в голову второму громиле, тому, что собирался напасть со спины.

Пётр стоял боком, спина прямая как палка, свободная рука заложена за спину. Взгляд спокойный, уверенный. Словно не человека держал на прицеле, а мишень на стрельбище.

— Сэр, — продолжил он тем же невозмутимым тоном, — я вынужден попросить вас удалиться из этого дома. Извольте покинуть его немедленно. В противном случае буду вынужден вынести вам мозги.