Книга Ветеран хаоса, страница 12 – Алексей Ковтунов

Говорил как хозяин. Как будто уже прикидывал, сколько выручит с продажи моего дома.

Я прикрыл дверь, повернулся к нему.

— Ты чего себе позволяешь, плешивый? — спокойно обратился к нему.

Мужичонка аж подпрыгнул на месте. Обернулся ко мне, глазами захлопал, рот приоткрыл. Явно не ожидал услышать такое. Наверное, думал, что старик Клинцов будет мямлить, извиняться, кланяться в ножки. Ну так вот, облом.

— Господин Клинцов, — выдавил он через секунду, стараясь взять себя в руки. — Я прибыл, чтобы потребовать вернуть долг дому моего господина.

— А, — кивнул я. — Ясно. Коллектор, значит.

— Можно и так сказать, — он выпрямился, попытался изобразить важность. — Вы заняли у моего господина приличную сумму средств. За это время эта сумма увеличилась уже в пять раз. Через неделю будет в шесть раз. — Голос его окреп, стал увереннее. Говорил свысока, не скрывая презрения. — Вы же понимаете, господин Клинцов, что даже ваш дом не покроет долга? Вам придется придумывать еще варианты погашения задолженности. И чем быстрее, тем лучше для вас.

Посмотрел на него. Мужичонка стоял, выпятив грудь, подбородок задран. Привык, видать, что должники перед ним дрожат, плачут, просят отсрочки. Ждал, что и я сейчас начну выкручивать руки, умолять.

— Выйди по-хорошему, — вздохнул я, глядя ему в глаза.

Вздохнул скорее чтобы успокоиться. А то руки уже сами сжались в кулаки, но я сразу разжал их. Не время и не место. Слуги на кухне, не нужно, чтобы они видели, как я этого крысеныша за шкирку выкидываю на улицу.

Мужичонка моргнул. Посмотрел мне в глаза и что-то увидел там. Что-то такое, что заставило его сглотнуть, отступить на полшага назад.

— Вы… — начал он, но осекся.

— Выйди, — повторил я тише. — Сам.

Он стоял, переминался с ноги на ногу. В глазах читалось смятение, ведь вроде и уходить не хочется, и оставаться страшновато. Потом сделал шаг к двери, еще один. Остановился у самого порога, обернулся. Лицо перекосило, попытался вернуть себе храбрость.

— Зря вы так, господин Клинцов, — прошипел он, пытаясь звучать угрожающе. — Долг все равно придется отдать. И в следующий раз я приду не один. А мои друзья, знаете ли, общаются совсем не так вежливо, как я. Они умеют… убеждать. По-другому.

Усмехнулся. Угрожает, значит. Ну-ну.

— Передай своему господину, — я совершенно не изменился в лице и выглядел все так же спокойно, — что долг я верну. Когда ознакомлюсь с процентной ставкой, пойму, откуда такая сумма, тогда и вернем. А пока пусть подождет. Ничего страшного, не развалится ваш дом от пары недель ожидания.

Мужичонка открыл рот, чтобы возразить, но я не дал ему договорить.

— Тем более, по здоровью можно кредитные каникулы брать, это всем известно. Или ты не в курсе?

— Но… — начал он.

Шагнул к нему, взялся за край двери. Мужичонка попятился на крыльцо, едва не споткнулся о ступеньку. Открыл рот, хотел что-то еще сказать, наверное, снова поугрожать. Но я уже захлопнул дверь перед его носом. Громко, со всей дури, так, что эхо прокатилось по холлу.

Постоял, прислушался. За дверью послышалось ругательство, топот ног по ступенькам, а потом тишина.

Ну и славненько.

Повернулся, пошел обратно на кухню. Слуги сидели за столом, все трое замерли, смотрели на меня с нескрываемым любопытством и тревогой. Петр Семенович поднялся, выпрямился.