Онлайн книга «Мир сотворяется раз…»
|
За прошедшее время Ева вытянулась, яблоня обзавелась пышной кроной, над завязью трясся единственный побуревший лепесток, а Змий стал ещё толще. Он лениво косил глазом на стройку века и едва уловимо морщился, когда девочка азартно задевала его то пяткой, то острым локтем, то коленкой. — Эххий хлипкий домик, – наконец, выплюнув хвост, укорил он. – Дунь, и нет его… — Зато в нём все любят друг друга, – серьёзно заметила Ева, укрепляя стены подпорками из ветвей. — Все друг друга любить не могут! – возмутился Змий. – Обязательно найдётся один… парассит. Или даже несссколько! — А кто такой парассит? – строительница живописно раскладывала вокруг дома пиритовые листья и цветочные смарагдовые и аметистовые бутоны. — Тот, кто отлишшается от остальных! — Значит, вы с Птицей – паразиты? – тут же среагировала девочка. Собеседник от неожиданности заглотил собственный хвост и закашлялся, подняв тучи сверкающего слюдяными искорками песка. С завязи упал последний жухлый лепесток. Явственно повеяло яблоневым цветом… — Пошшему? – отплевавшись, изумлённо поинтересовался Змий. — Ну, вы же не похожи на Деду, Сына и меня! Змий расхохотался. Поднимаясь на кольцах собственного гигантского тела, раздувал шею, раскрывал пасть, делался всё огромней и страшней, и слюна уже капала с жёлтых клыков, и алели рубинами глаза, и тени заблудших душ мелькали в вытянутых зрачках калейдоскопом. — Тождессство заявлено! – загремел пугающий голос. – Лишшь человеку дано уровнять Падшего со Святым Духом! Притихшая Ева замерла маленькой мышкой. Как вдруг Змея ощутимо тряхнуло, сломало пополам и в буквальном смысле фразы опустило с небес на землю. Позади, низко наклонив голову и демонстративно выставив крутобокие рога, стоял Агнец, смотрел исподлобья на противника… а в глазах его по‑прежнему плескалась тоска. — Ну, ты, блин, даёшшшь! – обиженно сказал Змий, хвостом потирая ушибленную середину тулова. – Едал я таких, как ты… Барашек выразительно взбил копытом блестящий тюль песка, развернулся и потрусил к воротам. — Соффсем оффигели! – неизвестно кому и на кого пожаловался Змий и лёг обратно, окружая собой дом, в котором все любят друг друга. – Никакой куртуасссности в манерах! Ева деловито подтянула его хвост поближе и засунула в клыкастую пасть, замыкая круг. — Не отвлекайся, Троян! – строго проговорила она. – Разбаловался. Охраняй! Тот усмехнулся: — Я всссегда на ссстраже, дитя… Всссегда… Песнь восьмая: Запретный плод — Хмм… – Змий задумчиво покачивал хвостом окрепший плод цвета утренней зари. – Я вот думаю – пошшему яблоко? Пошшему не банан, например? Прикинь, Дух, как бы сссвучало – вкуссси Банан посснания! — Выкуси! – ехидно ответила Птица. – Ишь чего захотел – банан ему подавай! И потом, банан мягкий! А яблоко грызть надо… как гранит! Особенно ежели недоспелое! — Фффу! – сморщился собеседник. – Оно ешшо и кисслое в таком сслучае! — Скорее, горькое… – задумчиво протянула Птица, крылом рисуя замысловатые вензеля на песке. – Горе ж от ума! — Горе? – оживился Змий и, скользнув вниз по стволу, устроил голову рядом с Духом, а тулово вытянул вольготно чуть не на всю длину поляны. – Горькое? Поменяйте его тоххда на лук! И пуссть всссе плачут от Лука познания! — Лучше тогда сразу на фигу! – хихикнула Птица. – Фига познания – это звучит гордо! |