Книга Ласурские призраки, страница 114 – Мария Ермакова

— Поехали! – провозгласила Баба Яга и стукнула посохом об пол ступы.

С тихим гудением та поднялась в воздух и поплыла вперед.

— Пресветлая, помоги! – прошептал Альперт, намертво вцепившись в края летательного средства.

Вырвиглот затопал по двору, держась следом за ступой.

Со двора повернули в лес и полетели вдоль тропы. Густая зелень скоро скрыла просвет, и вокруг воцарились сумерки, плавно переходящие в темноту. В глубине леса вспыхивали разноцветные огоньки, раздавался птичий пересвист, уханье филина и другие звуки, об источниках которах Вителья не догадывалась и, честно говоря, предпочитала не знать. В один момент послышался треск ломаемых ветвей, и на тропу вышел огромный бурый медведь. Встал на задние лапы, издав низкий рык, замотал головой на приближающегося Вырвиглота.

Баба Яга остановила ступу и свесилась вниз.

— Иди домой, Потапыч, – крикнула она, – не фулюгань мне тут!

Медведь раззявил розовую пасть и заревел.

— Ос натравлю! – добродушно пообещала старуха.

Зверь тут же перестал реветь и скрылся в зарослях.

— А он его в доспехах ел? – вдруг спросил Дробуш.

— Кто? – изумилась Баба Яга.

— Кого? – уточнил Альперт.

— Зачем? – округлила глаза Вителья.

— Змей этот Горянич – богатыря. В доспехах? Или сначала выколупывал?

Баба Яга с подозрением посмотрела на него.

— А тебе это зачем?

— Интересуюсь… – неопределенно пояснил Дробуш.

Вителья мысленно схватилась за голову.

— Да век бы его не видать, – сплюнула Баба Яга чуть не на голову троллю. – Хам невоспитанный!

— Они бывают воспитанные? – искренне удивился Попус.

Старуха метнула в него яростный взгляд, ничего не ответила и тронула ступу с места.

Летели долго. В какой-то момент на Виту навалилась сонная одурь. Она сползла по стенке ступы на дно и задремала, свернувшись калачиком. Сначала ей снился Кипиш, держащий в руках деревянного коня и мерзко хихикающий. Затем хвостатая дева Жруневьера в платье и переднике в горошек, которая разливала чай по чашкам из тонкого фарфора и мило улыбалась усатой мордой. Проснулась волшебница от того, что Жруня принялась щекотать ее усами в лицо. Распахнула глаза, и увидела склонившуюся над собой Бабу Ягу с пучком перьев в руке.

— Проснулась? – спросила та и для верности еще раз пощекотала девушку перьями по носу. – И что тебе снилось? Суженый-ряженый али богатство несметное?

— Ни то, ни другое, – пробормотала Вителья, садясь и оглядываясь.

Альперт с лицом нежно зеленого цвета смотрел куда-то в небо. Глаза у него были совершенно очумелые.

— Мавки чары наводили, очень хотели тебя заполучить. Видать Сила у тебя особая какая-то, так они всполошились, – пояснила старуха. – Они обычно одно и то же наводят, что людям больше всего надобно – либо любовь, либо богатство. Дружок твой, вон, и по сих пор под чарами, а тебя только сморило и все. Сны, они легче отходят, чем видения.

— А Дробуш? – заволновалась Вита и встала. – Где он? Что с ним?

— Тут я, – раздался голос снизу. – На меня эти маявки тоже пищали и пальцами тыкали своими зелеными, но никаких чар не наводили!

— Наводили-наводили, поверь мне, – фыркнула Баба Яга. – Не получилось у них. Расстроились, наверное, бедняжки, сейчас успокоительные сборы пьют.

Вителья выглянула из ступы и увидела, что та зависла над поверхностью озера. Водную гладь пересекала неровная линия, образованная цветущими кувшинками. На листьях оглушительно распевались здоровенные зеленые лягушки. Стрекот стоял такой, что звенело в ушах.