Книга Негодяйские дни, страница 26 – Мария Ермакова

Пятисот крутов хватит на то, чтобы купить титул. Если он, конечно, надумает. Такайра невольно усмехнулся. Благородный эрл Такайра Как-Его-Там, владелец Дома у последнего фонаря... И крикливая пышногрудая экономка у него уже есть. Жаль, нет кайри...

Он стиснул челюсти так сильно, что хрустнули зубы. Посредник испуганно вскочил. Странно было наблюдать стремительность грузного тела.

— Я берусь! - сказал Коршун лениво поднимаясь, и наяву ощутил - словно босыми ногами ступил в холодную воду - что жизнь меняется. Вот сейчас. В эту самую минуту. - Когда мне с моими людьми нужно быть на границе?

— Через седмицу. В последний день третьего весеннего цикла Ариссы. Ориентир - заброшенный хутор в стороне от дороги. Корабль 'Тернеций' в Изиримском порту отплывет сразу же, как ты прибудешь. Деньги...

Посредник отцепил от пояса тяжёлый объемный кошель.

— Половина. И половину получишь от тех, кто передаст товар. Стоит ли говорить, что, если...

— Не стоит, - улыбнулся Такайра, и Посредник прикусил язык.

Коршун взвесил кошель в руке. Заглянул внутрь.

— Здесь круты. Хорошо. Удобно. Пускай вторая часть будет орлами.

Посредник согласно склонил голову.

Такайра не стал прицеплять кошель к поясу. Убрал во внутренний, потайной карман камзола. Хоть пола и оттопырилась, но порезать даже самым острым лезвием толстую кожу было очень и очень сложно. Не оглядываясь более на собеседника, он вышел в общий зал и сразу увидел Мару, сидящую в самом углу. Она задумчиво зачерпывала ложкой знаменитый крирский красный суп и выливала обратно. Такайра подошел, сел рядом - также, как и она, лицом к входной двери. Женщина покосилась на него, молча выложила давешний кошель. Ремешки даже не были развязаны.

— Опять ничего не купила? - улыбнулся Такайра, сгребая его. - Выгодно иметь такую женщину!

— Скучно, - коротко ответила она. - Грязь, толпа, мухи... - и безо всякого перехода или смены интонации заявила, - ...мне нужно в Рапусту.

— Давай сначала поужинаем, - улыбнулся Коршун и задержал её руку - она снова собиралась перевернуть ложку с супом. - Выдвинемся в полночь. Мы же не задержимся надолго?

— Нет! - на лице Мары сверкнула ослепительная улыбка. - Мне нужно будет только добраться до трупа...

Такайра махнул рукой, подзывая служку.

— И что ты с ним сделаешь? - усмехнулся он, когда мальчишка принял заказ. - Съешь?

По лицу женщины порхала прелестная улыбка. Если бы не повод, которым она была вызвана, Такайра не сдержался бы - ухватил за затылок, уложил бы Мару на собственные колени и целовал, целовал, целовал бы до головокружения.

Таласская дуга располагала двумя большими приютами для душевнобольных. В столице Киотиссии - Маоре, и в окрестностях Крирского города Дароса. Навести, что ли, справки через сеть Колокола о сбежавшей пациентке? Пожалуй, он так и сделает.

Такайра ещё колебался, где поселится - на побережье или в глубине страны, но больше склонялся к столице. Маора была прибрежным городом. Существовала горная резиденция короля Саркиса - хорошо укрепленная крепость Лимм. Но там он проводил не более одного цикла Ариссы в год, предпочитая не покидать любимый им город-порт у устья реки Мари в кольце мощных оборонных крепостей с суши и хорошо укомплектованного флота, совершавшего рейды вдоль берегов залива. Флот Киотиссии на данный момент был одним из самых сильных среди прибрежных государств, и страна, пусть и опустошенная Черным шествием, как остальные, исправно получала в казну деньги от владельцев торговых караванов, для охраны которых Саркис предоставлял свои корабли.