Книга Моя свободная пара, страница 29 – Наталья Буланова

— Мы уже близко. Скоро будем, – как всегда конкретно сказал командир лис.

Песец говорил на громкой связи в машине, и Кира тут же включилась в разговор:

— Леон, почему сразу не сказал? Узнали только от Макса, когда он приземлился с Аленкой. Почему не набрал?

— Олеся в порядке. Только Арсений пострадал. – Леону хотелось сказать так многое и в то же время не было ничего, что можно было обличить в слова. Дело было куда важнее заварушки, в которой оказалась Олеся.

А еще доктору хотелось выразить восхищение и сочувствие Никсу наедине. Леон теперь тоже папа дочки, и если бы у нее нашелся такой недоделанный истинный… Ух!

Как только Никс удержался и не урыл его? Саше повезло, что песец просто гуру контроля, иначе ничего бы его не спасло – ни ментальная сила, ни связи.

Леопард предполагал, что дело в том, что Саша и Настя – близнецы в утробе, которые были зачаты людьми, а потом уже спасены кровью главы гибридов. Он даже нашел тот самый неправильный ген, и разобрался, что тот включался, когда Саша слишком сильно подавлял своего зверя. Оттого и факт, что парень сейчас снова вертится рядом с Лесей понятно – свобода зверя означала пробуждение истинности.А еще врач думал о том, через что прошли эти двое, как родители. На два года отпустить дочь от себя, не видеть ее, только надеяться, что она сможет зализать свои раны. Знать, что ничем не можешь помочь – убийственно. Как отец, Леон ужаснулся, представляя родительское бессилие в этой ситуации. Как доктор, Леон понимал, что ничего не происходит просто так. Всему есть причина и следствие. Он целых пять лет бился с кровью гибрида, пытаясь разобраться в поломке гена истинности.

Леон подозревал, что у зверя Олеси закрепились ассоциации: Саша – боль, полный оборот – опасность.Вот только теперь с его второй половиной все не так просто. Выслушав Лесю, у Леона многое встало на места с пониманием психологической стороны вопроса. Это была новая плоскость изучения, в которой он еще не ощущал себя уверенно. Но уже имел положительные результаты – с Бурой, например. Леон научился хорошо слушать, что говорят. Ведь пациенты сами давали подсказку, что с ними происходит. Так и Леся, с момента свадьбы кошачьих, говорила про свою лисицу, как про отдельную натуру со своими чувствами. Уже тогда она разделила себя пополам. А дальше все только усугублялось. Чем хуже становилось положение дел с Сашей, о которых она рассказывала, тем сильнее разрасталась пропасть между ней и ее лисицей. Леся активно отделяла себя от звериных чувств, от истинности. Обычно в ситуациях, когда человек не может справиться с эмоциями, зверь берет верх, но лисичка в этот момент попала в смертельную ловушку. Только человек мог выбраться из ледяной реки, но не зверь. Похоже, именно тогда у Олеси стали закрепляться совсем другие инстинкты. Леон собирал по крупицам информацию об отношений этих двух. Вытягивал из Саши все, что мог. Еще два года назад врача насторожило, что не только Олеся шарахнулась от гибрида, когда тот убежал бить морду чернобурому, но и лисичка предпочла спрятаться в руках Буры, а не своего истинного. Это было первое серьезное подтверждение, что зверь девушки стал опасаться своей пары.

Леон узнал от Арсения, что произошло этой ночью. У Олеси не пропали силы, она все так же могла выпускать когти по желанию. Но у нее не получалось обернуться. Медолис не сдал девушку, но наводящими вопросами врач давно научился вытягивать правду.