Книга Выбор дракона, страница 90 – Наталья Буланова

Но мысли о чужеземных монстрах быстро отошли на второй план, и перед глазами опять встал образ светловолосой девушки. Только теперь на ней не было не единого лоскутка одежды, а капельки воды, словно кристаллы, блестели в свете луны. Тяга к ней снова заполнила все клеточки тела мужчины, и он с трудом обуздал свои обостренные чувства в драконьем обличии. Химера раздери, он чуть не повернул назад!

Все‑таки хорошо, что лорд приказал Оливии остаться дома. Так всем было спокойней. И пусть его тело пульсирует жаждой обладать от одних воспоминаний о прозрачных каплях на женской груди, он с радостью скинет напряжение в бою. Чего нельзя было бы сказать, если бы Оливия стояла с ним плечом к плечу.

'Да и опасно все это, я не могу её потерять', — эта мысль впервые посетила Рокаэля, и он, словно пораженный молнией, замер в воздухе.

Вот бездна! Куда его засосало?

Раньше бы он сетовал на отсутствие опытного бойца, а теперь готов благодарить своего лорда, что тот оставил дочь в замке, и ему самому не пришлось решать этот вопрос. Тьма!

* * *

Сотни иголок пронзали легкие Оливии, но она не могла себе позволить хоть на мгновение задуматься над этим. Только бы успеть! Только бы не опоздать!

От кулона шла такая волна нетерпения, что в какой‑то момент девушка чуть не сдернула его с шеи, чтобы втоптать в землю. Зачем такие подарки, пусть даже от Снежного пламени, если они переворачивают душу?

Давление тут же прекратилось, и, кажется, через минуту девушка и сапфировая слеза пришли к взаимопониманию. Оливия не знала, почему относится к драгоценной капельке, как к чему‑то живому. Она просто чувствовала тепло граней и порывы, исходившее от кулона. Ненароком девушка даже подумала, что Снежное пламя поместило в драгоценность часть себя — уж больно схоже было ощущение родства силы, так знакомое с детства.

А еще зрела уверенность, что стоит ей догнать остальных, как затеряться среди сотен летящих драконов не составит и труда. И пусть у неё единственной серебристая чешуя, Оливия чувствовала, что кулон отведет все любопытные взгляды. Сейчас сапфировая слеза была полезна и помогала, но девушка для себя решила, что как только сможет — снимет с себя подарок волшебного пламени. Никому не понравится, что кто‑то может влиять на тебя таким образом, и Оливия не была исключением.

И все‑таки она успела в самый последний момент влиться в толпу сородичей, взмывая в небо. Из драконьих ноздрей вырвалось облачко, и Оливия с облегчением поняла, что её и правда, словно не замечают, скользя взглядами мимо. И все же девушка старалась держаться в самом конце с краю, чтобы кто‑то более внимательный или стойкий к магическому воздействию не обратил на нее внимание.

Где‑то далеко впереди кобальтовый дракон взмахивал крыльями, и она больше всего на свете сейчас хотела бы, чтобы Рокаэль её заметил. Родители девушка сегодня ясно дали понять, что она остается в замке и её временный муж развернул бы девушку обратно, исполняя приказ своего лорда, оттого её желание удивляло её саму. Долг превыше всего — этому учили с детства каждого дракона, и девушка ругала саму себя за слабину.

Но возвращение домой не входило в планы ни Снежного пламени, ни Оливии, поэтому четко прислушиваясь к внутренним ощущениям, она изредка меняла место в воздушном строю.