Книга Хозяйка чайной, страница 32 – Наталья Буланова

— У меня другое предложение — отдашь стоимость натурой, — Зверь встает от меня на расстоянии двух шагов.

Я понимаю, что бежать тут некуда. Нужно быть предельно осторожной:

— Губу закатай.

— Чего? — не понимает он.

— Говорю, что обойдешься.

И тут он делает резкий выпад вперед, обхватывает рукой мой затылок и впивается в губы. Я же сжимаю их изо всех сил, пытаюсь оттолкнуть его, но проще сдвинуть гору с места, чем генерала.

И тогда я бью по больному. Уворачиваюсь и быстро говорю:

— Руфус целуется лучше.

И Зверь замирает.

Как только я чувствую, что хватка ослабла, вырываюсь из объятий и отскакиваю в сторону.

— Уходи, — говорю я. — Или уйду я. Но только я пойду в твой военный лагерь и все расскажу, какой фигней занимается их генерал.

— Думаешь, тебе посочувствуют? Ты мне изменила.

— Думаю, тебе не захочется, чтобы они знали, что ты пять лет надевал личину, чтобы стать моим мужем, — говорю я и направляюсь к выходу: — Я иду за Рикки и очень надеюсь, что к моему приходу тебя здесь не будет.

За спиной я слышу грохот. Какой же он буйный!

Вот и восстанавливай чайную потом. Это не слон в посудной лавке, это дракон в чайной!

Рикки я встречаю у таверны “Горный рай”. Он несет целую корзинку продуктов, и я замираю, понимая, на чьи деньги они куплены.

И меня раздирают сомнения, что же с этой подачкой делать.

— Госпожа, понюхайте, какие тут ароматные булочки! — Рикки приоткрывает тканевую салфетку и показывает румяную корочку выпечки, а у самого глаза блестят и язык губы облизывает.

У меня четкое ощущение, то если сейчас скажу, что все надо вернуть, ребенок будет плакать. Казалось бы это только меня — вернула бы и не думала. Но тут есть голодный парень.

— Рикки, какой ты молодец, что столько всего купил. Давай только вернем деньги генералу? Мы сегодня хорошо заработали!

— А у нас хватит?

— А ты сколько потратил?

— Две тысячи горнов, — говорит Рикки, и тут у меня перехватывает дыхание.

Это на пятьсот горнов больше, чем мы заработали сегодня. Я рассчитывала купить продукты на пятьсот. И тут либо я прогада с ценой на кудин, либо Рикки облапошили.

Но мальчуган не выглядит тем, кто не разбирается в ценах. Он явно сын улиц.

— Рикки, а ты не спросил, почему так дорого?

— Спросил, конечно, госпожа. Мне сказали, что тут это обычная цена?

Что-то мне не верится. В таверне “Горный рай” я видела цены на еду. Примерно перевела в уме курс на более-менее знакомые блюда, чтобы отнести с ценами моего мира.

Я рассмотрела содержимое корзинки: курица, две булочки, одна буханка хлеба и яйца. Что их этого золотое?

После разговора со Зверем я ощущала такой запал и злость, что захотела немедленно выяснить, что же тут с ценами на продукты.

— Рикки, а ты не отведешь меня в лавку, где ты все это купил?

— Конечно, госпожа! У меня еще в мешочке осталось.

Мне хотелось вернуть все Зверю до монеты, но сейчас мы были в минусе. Так что к лавке я шла бодро, с боевым настроем. Когда открыла двери, почти залетела внутрь и огляделась по сторонам.

Тут было всего по чуть-чуть: немного чистящих, немного одежды, немного бытовых предметов, немного мебели, немного еды и даже собственная пекарня. И всем этим заведовала крошечная, сгорбленная пополам, старушка.

Я замерла, глядя на нее. Создавалось ощущение, что еще немного и она богу душу отдаст — до того худая.