Книга Адская Кошка и Цветы Жизни, страница 119 – Елена Жильникова

— Что это такое, Клиф? Это колье? – молодая женщина нетерпеливо открыла футляр и восхищенно ахнула. – Это же… Мальчики, это невероятный подарок. Где вы только его достали? Это же большая редкость. Даже копия.

— Это женский боевой центаврианский браслет, – подтвердил Клиф, застегивая на ее запястье застежку. Кисть госпожи пересекли тонкие блестящие нити, оканчивающиеся кольцами, обнимавшими ее пальцы. – По словам продавца – это подлинник. Бэзил подключился к антикварному аукциону и ухитрился выиграть его по разумной цене.

— Надеюсь, после такого подарка вам не придется голодать, потому, что бюджет на содержание лагеря увеличить на данный момент невозможно, – заметила хозяйка, любуясь украшением. Рори отметил, что госпоже явно понравился подарок. – По крайней мере, до следующего контракта.

— Мы потратили только часть премии, госпожа, которую вам заплатили за подавление мятежа, – успокоил ее Луи. – Бюджет лагеря не пострадал.

— Я этому очень рада. Садитесь за стол, мальчики, – хозяйка сделала приглашающий жест. – Мой праздник – не повод оставаться голодными.

К удивлению новичков смертники уселись на стулья и приступили к еде.

— А вы чего стоите, как не родные? – поинтересовалась хозяйка, передавая управляющему миску с салатом. – Неужели не хотите есть?

— Госпожа, нам не положено сидеть с вами за одним столом, – ответил за всех Рори. – Закон запрещает…

— Мой Дом – мои правила, – отрезала майор Смитерс. – Живо за стол, негодники. Нечего портить нам аппетит своими постными лицами.

Рабы предпочли выполнить приказ, чтобы не злить хозяйку.

В конце ужина Тони внес большой двухъярусный шоколадный торт с зажженными свечками.

— Тони, ты ошибся, мне в этом году исполнилось не двадцать пять, а несколько больше, – сказала госпожа, пересчитав свечи.

— Для нас, госпожа, вам всегда двадцать пять, – ответил за повара Луи.

27:00. 26.07.437. усадьба «Логово»

Салатовое солнце скрылось за деревьями, и розоватое небо приобрело темно-вишневый оттенок. Софи сидела на подоконнике в своей комнате и любовалась закатом. Рядом стояла нетронутая тарелка с ужином. Девушке кусок в горло не лез, стоило представить, как мать полосует спину несчастного телохранителя. Крэг немного ее успокоил, но помимо судьбы Пирса мысли Софи занимал предстоящий разговор с матерью. Эйлана нечасто ругала детей, разве что, за действительно серьезные провинности: вроде разбитого флаера или сломанного дерева, предпочитая в беседе выяснить причины проступка. Сегодня вечером инопланетница с трепетом ждала подобного разбора полетов, и была убеждена, что разговор предстоит непростой. Инцидент с флаером резко отличался от шалостей, которые иногда устраивали Софи с братом. Гонки на флаерах над пустырем или одолженный без спроса дедовский джип для поездки ночью на заброшенное кладбище – ерунда по сравнению с падением маминого «летуна» и возможной гибелью пятнадцати человек в горных озерах.

Стемнело, только фонарь над входом разгонял вечерний сумрак. Стэн и выделенный ему в помощь Дэн увели в конюшню пасшихся в леваде лошадок, и на заднем дворе, куда выходили окна комнаты девушки, повисла тишина, ненадолго нарушенная голосами юношей, идущих с луга к дому.

«Ну, когда же приедет мама? – переживала девушка, устав прокручивать в голове сценарий разговора и свои оправдания. – Скорей бы уже. Сколько, интересно, нужно времени, чтобы выпороть виновного? С поркой Вилли и Ликса она справилась меньше чем за полчаса, а Пирс же один. Мама, где же ты?»