Книга Измена. Я теперь (не) твоя, дракон!, страница 51 – Илана Васина

— Дарран, — обеими руками хватаюсь за голову, — я не хочу тебя обставить. Даже спорить с тобой не хочу. Я больше ничего от тебя не хочу. Ничего — это единственное, что мне от тебя нужно.

В воздухе повисает тишина. Он сжимает рот, отворачивается, и мне становится страшно. Неужели я перегнула палку? Задела, сама того не подозревая, за больное место?

Какое-то время он молчит, играя желваками. Мышцы под белоснежной рубашкой пружинят, пальцы сжимаются в кулаки. Затем подходит чуть ближе, обдавая знакомым, приятным запахом парфюма, и отчетливо произносит:

— Ничего — это слишком много. Так много я тебе не дам. Никогда.

Со стороны мы, наверно, выглядим феерично, напоминая повздоривших любовников или, как минимум, бывших. Он стоит рядом, напряженный, злой, тяжело дыша.

Странно, но меня мало волнует, что подумают остальные адепты, хотя должно бы. Застываю, одурманенная близостью мужа, которая с неожиданной силой щекочет нервы и лишает воли к сопротивления.

Упавшим голосом прошу:

— Отмени вечернюю тренировку и штрафные баллы. Тогда я не пойду к чужому целителю. Это будет честно.

— Тренировку — ладно, — он недовольно щурится, — а вот баллы придется отработать.

— Что мне придется делать? Убирать Академию? Разбирать пыльный чердак? Написать какой-нибудь глупый реферат про популярный вид спорта?

— Зачем мне от тебя реферат? — усмехается дракон. — После этого занятия сходишь со мной к целителю Адамсу.

Киваю.

В конце концов, он имеет право знать, все ли хорошо с нашим ребеночком, если я беременна.

— Иди переоденься, — приказывает Дарран. — Выйдет неловко, если адепты свернут себе шеи на моем занятии, пялясь на аппетитную задницу моей жены.

Вспыхнув, с досадой прикусываю губу. Как у него это получается? Вроде говорит по делу, а умудряется между строчками цапнуть по живому. Колючий, шипастый дракон, которому чужды сочувствие и эмпатия.

Присмотревшись к адептам, что проходят полосу препятствий, и правда вижу, что некоторые неотрывно смотрят в нашу сторону. Вот только им, наверняка, гораздо интереснее узнать, о чем так долго и эмоционально говорят магистр и адептка, чем изучать мои скромные рельефы.

Как бы то ни было, отправляюсь в раздевалку. С облегчением стягиваю с себя форму, засовываю в шкафчик — какое счастье, что одежду обработали магическим плетением, позволяющим держать чистой без стирки! Надеваю белую блузку, клетчатую юбку и лёгкие туфли на каблучках.

Закидываю на плечо сумку с учебниками и на выходе натыкаюсь на девушек, гурьбой плетущихся в раздевалку. Покрасневшие, вспотевшие, они вряд ли теперь увязывают Даррана с образом романтичного красавца.

Смотрю на их угрюмые лица без всякого сочувствия. Печально признавать, но мне не нравилось, что на моего мужа поглядывали с неоднозначным интересом.

Ловлю себя на этих мыслях, и расстраиваюсь. Раз я от него сбежала, меня не должна волновать его личная жизнь, так почему она волнует? Хотя... Чисто формально лорд Амакиир все еще женат, и его жена, между прочим, истинная, ждет от него ребенка. На семейного человека заглядываться некрасиво. Так что мое возмущение очень даже естественно.

Бреду к факультету целительства по просторным, людным коридорам на ватных ногах. Непривычные к нагрузке икры жалобно ноют на каждом шагу. Ко всему прочему, после занятий снова начало сосать под ложечкой. Как назло, до ужина осталось полтора часа — столько я точно не выдержу.