Книга Убийство проклятого принца, страница 86 – Клэр Сейджер

— Это облегчает удаление воска. – Один уголок его рта приподнялся. – Но не ослабляет жар.

Пристальный взгляд принца пронзил меня, когда он поднес свечу к моей груди и медленно, не спеша наклонил ее.

Одна-единственная капля.

Я вскрикнула, выгнувшись дугой, и на мгновение мой разум затуманился от жгучей боли. Но она быстро прошла, заставив меня затаить дыхание.

Сефер наблюдал, прищурив глаза, и от его взгляда все трепетало внутри. Он подождал, пока мое дыхание выровняется, прежде чем позволить упасть еще одной капле. Я заскребла ногтями по столу в поисках опоры, в поисках хоть какого-то ощущения реальности в этом сне наяву.

— Вот и все, птичка, ты справилась. – Его голос был сиплым и грубым. Принц одарил меня жестокой улыбкой, смешанной с удовольствием. – Я знал, что ты сможешь.

Казалось, Сефер тоже забыл о проклятиях и наказаниях. Мы больше не были принцем фейри и ведьмой, которая его прокляла. Мы были чем-то совершенно другим – мастерство и обладание, ненависть и желание, ведущий и ведомая.

Он стоял у меня между ног, и сквозь его брюки отчетливо проступила эрекция. Сефер сжал мою талию, его когти уперлись в бока, вызывая восхитительные ощущения. Наконец, когда моя грудная клетка покрылась дорожками воска, он убрал свечу и отступил, любуясь своим творением. Грудь сдавило, словно на мне была тесная одежда.

Улыбаясь, принц резким движением больших пальцев раскрошил застывший парафин. По сравнению с ним кожа Сефера была теплой и живой. Я невольно выгнулась и прикусила губу, наблюдая за фейри. Его брови сошлись на переносице, когда он перевел взгляд с меня на свою руку и обратно.

— Черт, – вырвалось из его рта, и принц принялся ласкать мою грудь, обводя ее пики даже после того, как воск сошел, а затем произнес мое имя, – Зита.

Это звучало проклятием. Или молитвой. Как будто что-то любимое и ненавистное, без чего принц не мог жить, горькое лекарство, необходимое для выживания.

Затем его губы, горячие и влажные, коснулись меня… Сефер провел шершавым языком по ней. Это было жестко, почти болезненно, и я вскрикнула. Этими действиями он заставлял каждую мышцу во мне напрягаться, как будто я была на сцене, а он был моим единственным зрителем, поглощая меня не только ртом, но и взглядом.

Каким-то образом мои руки оказались в его волосах, прижимая к себе. Я стянула с него корону и провела ногтями по голове. Сефер застонал, и этот звук доставил мне невероятное удовольствие.

Я потерялась, наблюдая за принцем и ощущая, как он придерживает меня за талию, лаская вторую грудь. Желание разрасталось, как грозовая туча, надвигающаяся с бушующего моря.

Когда он скользнул вниз по моему животу, целуя, облизывая и покусывая, я совсем потеряла рассудок. Он миновал мой пупок и посмотрел вверх.

— Скажи мне остановиться.

Все внутри сжалось от предвкушения, а дыхание участилось. Я отрицательно покачала головой.

— Никогда.

Посмотрев на мои раскрасневшиеся щеки и растрепанные волосы, он выругался и опустился на колени.

В том, как Сефер сжал мои бедра и широко развел их, не было ничего нежного, но я и не хотела нежности. Его когти царапали мою кожу, мое сознание, посылая искорки боли по всему телу в тот самый момент, когда его шершавый язык прошелся по сокровенному месту.

Мир перед моими глазами взорвался, и я достигла вершины блаженства. Наслаждение и боль слились в ужасную бурю, которая ударила по мне, как по воробью, пойманному в ловушку, ее несгибаемой волей.