Книга Убийство проклятого принца, страница 128 – Клэр Сейджер

Хотелось плакать, но на рассвете время для этого вышло.

Я наклонила голову, и его магия прошлась по моей коже, когда я развела руки. Музыка сменилась чем-то благоговейным, и сверху спустилось сверкающее кольцо.

Это было так, словно я призвала само солнце.

Моя публика, вернее мои подозреваемые, как я напомнила себе, издали хор тихих звуков. Меня охватил трепет, которого я обычно не ощущала: это был не просто танец, это было настоящее шоу, и я должна превзойти саму себя – и даже Циннию.

В такт ритму я ухватилась рукой за обруч и позволила ему поднять меня. Мой вес отдавался приятным гудением в мышцах, как если бы я лежала в постели с Сефером после занятий любовью.

Чем выше я поднималась, тем быстрее становилась музыка, изначально медленная, наполненная предвкушением. Я замерла на своем светящемся обруче.

Я напитывалась затаенным дыханием фейри и энергией, которую они излучали. Я ждала ровно до того момента, пока не раздался единственный оглушительный удар барабана, который погрузил зал в тишину и во тьму, оставив лишь обруч светиться ярким пятном.

Музыка снова ожила, и я вместе с ней.

Я поднималась, бросая гравитации вызов. Стойка на руках, в течение нескольких секунд на одной руке внутри круга, затем маневр через обруч. Расставив ноги, широко раскинув руки, держась пальцами, локтями, коленями, балансируя на пояснице и обхватив себя за талию, я высвободила каждую трепещущую частичку внутри себя.

Я парила, растягивалась, испытывала боль и изгибалась, поворачиваясь в такт музыке и наперекор ей, словно мы сражались за контроль над моим телом точно так же, как мы с Сефером сражались за контроль над собственными чувствами.

Мы проиграли эту битву, и, таким образом, как ни парадоксально, оба одержали победу.

Каждую улыбку удовольствия, которую рождал этот восхитительный танец, я дарила ему. Я позволила Сеферу увидеть то, что мой язык отказался произнести прошлой ночью.

Я всегда танцевала для Циннии, но сегодня вечером я делала это и для него.

Музыка взмыла ввысь, и вместе с обручем я закружилась. Я двигалась все быстрее и быстрее, и мир, казалось, превратился в пятно из тьмы и света, пока не разразился оглушительный финал.

Как только магия Сефера остановила вращение обруча, я соскользнула и позволила себе упасть. К музыке присоединились вздохи. На мгновение у меня самой перехватило дыхание, и я полетела вниз, приземлившись с последним аккордом. Спина над обручем выгнулась дугой, руки разведены в стороны, пальцы ног вытянуты. Я выглядела так, словно красиво сломалась.

В театре воцарилась гробовая тишина.

Я удержала позу и посмотрела на Сефера. Его грудь вздымалась, как будто он только что увидел лучшее представление в своей жизни. Его когти впились в подлокотники кресла, а губы дрогнули.

Чуть сильнее выгнув шею, я обнажила перед ним горло. Его взгляд скользнул по нему, и я очень надеялась, что Сефер поймет, что я имею в виду.

Я неподвижно свисала с обруча, сдаваясь ему так же, как он сдался мне.

Его темные брови сошлись на переносице. Он понял.

Аплодисменты разрушили этот момент, – а я и забыла, что ждала их. Забыла о своей публике и о своей цели на этот вечер.

Я принадлежала принцу, и это было короткое, но замечательное время. Веки затрепетали, я сделала глубокий вдох и очнулась от чар.