Книга Найди меня в сердце ночи, Каноко, страница 73 – Лин Си Ён

Каноко перевернулась на бок и улыбнулась, глядя на кодаму: «Настоящий онсен, только источника не хватает». Та достала откуда-то одуванчик, намазала лицо его соком, будто увлажняющей маской, и продолжила греться на лампе.

Каппа, дракон, бакэ-нэко, паук цутигумо, кицунэ… и карасу-тэнгу? Каноко снова взглянула на газету. С фотографии, не отводя чернильного взгляда, на нее уставился Фудзивара Хирото, один из воротил японского бизнеса и предполагаемый отец Фудзивара Кицунэ. И все же, какое отношение этот замечательный гражданин имел к Казуо?

— Когда ты успела увидеть, что он, – Каноко сама ткнула в газету, уподобляясь кодаме, – умеет в тэнгу превращаться?

Кодама медленно, по очереди, открыла глаза, состроила высокомерную рожицу, нарисовала на пыльной поверхности лампы прямоугольник с ручкой – портфель – и прошлась, выпрямив спину и покачивая головой. С третьего раза Каноко догадалась, что это ёкай так изображала отца.

— Ты забралась в папин портфель, – дождавшись утвердительного кивка, она продолжила: – и оттуда подсмотрела?

Кодама указала на вырезку из газеты.

— На выставке. Не на этой, какой-то другой?

Подтверждение не требовалось, и так все было понятно. Каноко закусила губу, замерла на мгновение, – а потом, резко подхватив газету, побежала в кабинет. Распахнула дверь, ворвалась внутрь и замерла на пороге. Там царил почти такой же полумрак, что и у нее самой. Горел лишь торшер, в кресле у которого она и нашла отца. Идея, еще секунду назад казавшаяся блестящей, резко перестала такой быть.

— Каноко? Что с тобой?

— Все хорошо… Я… То есть… – Она выдохнула, пытаясь сформулировать хоть одно связное предложение. – Я в газете увидела, что завтра выставка.

— Моя газета? А я ее искал. Да, по применению новых технологий в обрабатывающей промышленности. Ты хочешь туда сходить? Пригласительные есть, но, боюсь, у меня с тобой пойти не получится.

Каноко выдохнула, повторила про себя как мантру: «Связные предложения, связные предложения», – и только убедившись, что это ни капельки не помогает, продолжила:

— Я хотела спросить, знаешь ли ты Фудзивара Хирото?

— Генерального директора «Шин Райджин»? Видел пару раз, как раз на таких выставках. Чем он тебя вдруг так заинтересовал?

«Мы с его дочерью три вечера подряд пугали всех вокруг и устраивали веселую жизнь токийской полиции».

— Хочу послушать выступление на панельной дискуссии. – Каноко лишь надеялась, что воспроизвела мельком увиденное в газете выражение правильно и нигде не переврала слова. – И посмотреть на вертолеты.

— Если хочешь, почему нет, билеты на столе лежат. – Отец потер уставшие глаза и, видимо, собрался уже продолжить читать.

Но у Каноко оставался последний вопрос, максимально глупый, потому задавать его хотелось не сильно.

— Ты не знаешь, он… Я просто слышала теорию, что семьи – владельцы крупнейших компаний в Японии – «мутировавшие». Только не обычные, а… – не в силах подобрать слова, Каноко сдалась и замолчала.

— Способны обрести форму ёкая-покровителя? Да.

Отец произнес это так спокойно, что она вздрогнула. Вот так вот просто? «Да», и все? Заметив ее замешательство, он оторвался от книги вновь и продолжил:

— Мне запрещено об этом рассказывать, могут быть… проблемы, потому конкретно объяснить не могу. Да и не знаю насчет остальных, но те, с кем я сталкивался лично, могли стать инугами^[40], каппой и карасу-тэнгу. У каждой семьи свой покровитель, они из поколения в поколение передают способность превращаться в такого ёкая.